- Я наркоман, Джон, - сказал Шерлок тихо и серьёзно. – Всегда им был и всегда буду. Таков уж я есть. Но зависимость от тебя намного сильнее, чем от кокаина.
Джон разнял их руки, обнял супруга и оторвал его от стола, усадив себе на колени. Они сидели в золотистых лучах заходящего солнца, и Шерлок не замечал удушливого зноя, потому что властвующий над его душой и сердцем человек глубоко целовал его и нежно перебирал пряди его волос.
- Ты починил меня, Джон Уотсон, - проговорил Холмс в изгиб шеи любовника, мешая слова с поцелуями.
- Ты не был сломан, Шерлок, - последовал ответ, и поставивший зависимость от Джона превыше всего детектив выпил эти слова, прижавшись к губам любимого.
На следующий день шкатулка исчезла. Джон никогда больше о ней не упоминал, а у Шерлока ни разу не мелькнула мысль об этом спросить.
**************************************************
Джон вернулся в Иствел около семи утра. Он был так вымотан, что ног под собой не чувствовал.
По прибытии в больницу он получил от Майкрофта сообщение, в котором говорилось, что Шерлок находится в Иствеле в полной безопасности и что дети с ним. Не успел Уотсон испытать некоторое облегчение, как услышал крик боли Лестрейда, которого как раз перекладывали на каталку.
Он оставался в больнице до конца операции, после которой инспектора поместили в отдельную палату по настоянию Холмса-старшего, который сидел в углу с таким озабоченным лицом, какого Джон никогда не видел у деверя за всё время их знакомства. Уотсон попытался взять себя в руки и привести мысли в порядок.
Пулю извлекли, операция в целом прошла более чем успешно. Только время покажет, насколько тяжелым оказалось ранение. Оставалось лишь надеяться, что процесс выздоровления не осложнится инфекцией.
Джон дождался, когда кончится действие анестезии и к Грегу вернётся сознание.
- А тебя не так просто убить, как кажется с первого взгляда, - сказал Уотсон, и губы друга искривились в улыбке. – Ты заставил меня здорово переволноваться.
- Оно того стоит, - ответил Лестрейд, надавливая на дозатор, чтобы увеличить подачу обезболивающего. – Пережил бы всё ещё раз, лишь бы увидеть этого сумасшедшего ублюдка с дырой в голове, которой я собственноручно его обеспечил.
- Нам нельзя ни при каких обстоятельствах признавать, что ты такое говорил, - засмеялся Джон. – Мне нужно вернуться домой, приятель. К Шерлоку и детям.
- Езжай, - согласился с ним Грег. – Майкрофт, безусловно, никому не позволит меня похитить.
Со стороны Холмса-старшего донёсся звук, более всего похожий на проявление горя, но Уотсон решил, что подумает об этом позже.
Чёрный автомобиль примчал Джона в Иствел, и теперь он пробирался через знакомые залы, удивляясь неожиданному странному чувству, будто вернулся в родной дом. Все эти месяцы он провёл в этом замке, как в тюрьме, но сейчас, когда он знал, что Шерлок вмести с детьми ждёт его, этот дом больше не казался абсолютно чуждым.
Он тихо вошёл в гостиную, разулся, заметив, как превосходно поработали люди Большого Брата за время его отсутствия. Если бы он не видел всё собственными глазами, то не смог бы догадаться, что недавно здесь подстрелили двух человек, и один из них умер. Только он захотел открыть двустворчатую дверь спальни, как раздался язвительный и грубый окрик Шерлока:
- Пошёл на хрен, Майкрофт, оставь меня в покое!
Доктор нахмурился. Детектив мог узнать его по походке уже через две недели после начала их знакомства. Джон попытался открыть дверь, но она была заперта.
- Шерлок, это я. Позволь мне войти, я ужасно устал.
За дверью послышалось резкое движение и шум, Тедди громко заплакал, когда Шерлок один прыжком пересёк комнату (Джон слышал удары ног о пол после того, как его муж вскочил с кровати, и понадеялся, что если дети упали, то хотя бы не ударились головой) и едва не сорвал дверь с петель. Уотсон едва успел кинуть на Холмса беглый взгляд – спутанные каштановые кудри, покрасневшие глаза, одет в не по росту короткую пижаму Джона, – как утонул в его объятиях.
- Эй, эй, - проговорил Джон, обнимая тонкую фигуру и поглаживая дрожащую спину. – Всё хорошо, у нас всё в порядке.
По движениям Шерлока и прерывистому дыханию стало вдруг понятно, что он не просто дрожит – он всхлипывает, и Джон внезапно перешёл от беспокойства к тревоге. Он поднял руки, взял мужа за плечи и попытался оторвать его от себя, чтобы взглянуть на него хорошенько, но тот не ослабил мёртвой хватки, хотя его тело сотрясали рыдания.
- Шерлок, что случилось? Что-то с детьми? Ты ранен?
Холмс не отпускал его. Он так и стоял, сжимая супруга в объятиях и что-то бормоча ему в шею, и эти звуки ужасно напоминали «прости-прости-прости».
- Шерлок, да что же случилось?
