– Прости, Лили. Маме приснился страшный сон.
Лили обняла Шейна за шею. Тот посмотрел на Майю, даже не пытаясь скрыть жалость и тревогу. У Майи защемило сердце.
– Я звонил, – сказал он. – Но ты не взяла трубку.
Майя кивнула.
– Эй, – преувеличенно бодро произнес Шейн. Это было настолько не в его духе, что даже малышка Лили почувствовала фальшь. – А давайте-ка все вместе пойдем вниз и позавтракаем? Ну, что скажете?
Вид у Лили по-прежнему был настороженный, но она быстро приходила в себя. Так уж устроены дети. У них невероятный запас жизненных сил. Майе подумалось, что не всякий солдат может похвастаться такой способностью к восстановлению.
– Ой, а знаешь что? – вспомнила Майя.
Лили настороженно посмотрела на мать.
– Мы с тобой сегодня идем на праздник с Дэниелом и Алексой!
Глаза малышки восторженно распахнулись.
– Там будут карусели и воздушные шары…
Майя продолжала расписывать Лили чудеса Дня футбола, и в считаные минуты остатки ночной бури рассеялись в свете нового дня. Во всяком случае, для Лили. Но Майя чувствовала ледяную руку страха куда дольше, и главным образом потому, что она успела коснуться ее дочери.
Что она наделала?
Шейн не стал спрашивать, все ли с ней в порядке. Он сам все понимал. Как только они усадили Лили завтракать и перебрались туда, где малышка не могла их слышать, он задал Майе всего один вопрос:
– Совсем плохо было?
– Я в полном порядке.
Шейн молча отвернулся.
– Что такое?
– Ложь с каждым разом дается тебе все проще и проще.
Он был прав.
– Да, совсем, – призналась Майя. – Теперь ты доволен?
Шейн вновь повернулся к ней. Ему явно хотелось ее обнять – Майя это видела, – но между ними так было не принято. А жаль. Ей бы сейчас это не помешало.
– Тебе надо с кем-то поговорить, – сказал Шейн. – Может, с Ву?
Ву был психиатром из Ассоциации ветеранов.
– Я ему позвоню.
– Когда?
– Когда все закончится.
– Что – «все»?
Она ничего не ответила.
– Теперь это касается не только тебя, Майя.
– В смысле?
Он глазами указал на Лили.
– Это запрещенный прием, Шейн.
– Очень жаль. У тебя есть дочь, и ты теперь растишь ее в одиночку.
– Я займусь собой.
Майя взглянула на часы. Девять пятнадцать. Она попыталась припомнить, когда в последний раз случалось такое, чтобы она проснулась позднее, чем без двух минут пять, но так и не смогла. И мысли о Лили тоже не давали покоя. Что же все-таки произошло? Ее дочь проснулась и слушала, как кричит мать. Пыталась ли малышка разбудить ее или просто сжалась в комочек от испуга?
Что же она за мать?
«Смерть ходит за тобой по пятам, Майя…»
– Я займусь собой, – повторила она еще раз. – Просто мне сейчас нужно разобраться со всем этим.
– И под «разобраться со всем этим» ты подразумеваешь «выяснить, кто убил Джо»?
Майя ничего не ответила.
– Кстати, ты была права, – бросил Шейн.
– Относительно чего?
– Потому я и здесь. Ты просила меня узнать про службу Тома Дугласса в Береговой охране.
– И?..
– Он отслужил четырнадцать лет. Там-то он впервые и приобщился к охране правопорядка. Именно он отвечал за расследование гибели Эндрю Беркетта.
Бабах! Это вполне логично. И нелогично одновременно.
– Ты знаешь, к каким выводам он пришел?
– Смерть в результате несчастного случая. Если верить его рапорту, Эндрю Беркетт упал за борт ночью и утонул. Скорее всего, дело не обошлось без алкоголя.
Они какое-то время стояли молча, переваривая эту информацию.
– Что за хрень происходит, Майя?
– Я не знаю, но собираюсь это выяснить.
– Каким образом?
Майя быстро вытащила телефон и набрала домашний номер Дугласса. Трубку никто не снял. Майя оставила на автоответчике сообщение: «Я знаю, за что Беркетты вам платили. Перезвоните мне».
Она продиктовала номер своего мобильника и нажала на кнопку отбоя.
– Откуда ты узнала про Дугласса? – спросил Шейн.
– Не важно.
– Правда?
Шейн поднялся и принялся расхаживать туда-сюда. Не нужно было знать его так хорошо, как знала Майя, чтобы понять, что это не к добру.
– В чем дело? – спросила Майя.
– Я сегодня утром позвонил Кирсу.
Майя закрыла глаза.
– Зачем тебе это понадобилось?
– Гм, даже и не знаю. Наверное, потому, что вчера вечером ты обвинила его в довольно серьезных делах.
– Не я, а Каролина.
– Это не важно. Мне хотелось составить представление о том, что он за человек.
– Ну?
– Он мне понравился. Думаю, он честный парень. А вот Каролина ведет какую-то игру.
– Ладно, забудь.
Шейн издал трубный звук, вроде того, какой раздается в телевикторинах, когда игрок дает неверный ответ.
– Что такое?
– Прости, Майя, это неправильный ответ.
– О чем ты вообще?
– Кирс отказался делиться со мной следственной информаций по делу Джо, – продолжал Шейн. – Как на его месте и должен был поступить любой хороший полицейский, который играет по правилам и не берет взяток.
Майя поняла, к чему все идет, и ей это не понравилось.
– Но, – Шейн поднял вверх палец, – он счел допустимым сообщить мне об определенном инциденте, который не так давно произошел у тебя в доме.
Майя покосилась на Лили.
– Он рассказал тебе про скрытую камеру.
– В точку.
Шейн ждал ее объяснений. Она не стала ничего объяснять. Они долго стояли, молча глядя друг на друга. Шейн нарушил молчание первым:
