С прошлого года Том Трюмпер подрабатывал в одном местечковом издании кулинарным критиком. На самом деле, сперва их, критиков, было несколько, и работка была, что называется, от раза к разу, но читателям понравился его едкий стиль, ему верили, несмотря на то, что иной раз вперемешку с правдой он писал откровенное вранье. Например, что никогда не ел такого мерзкого сырного супа. Или о том, что в туалете было грязно. Или о том, что ему нахамила официантка. Ничего особенного, но почему-то сразу находились единомышленники, которым, оказывается, тоже нахамили, в суп плюнули, обсчитали, и вообще обидели. Это Тома тоже веселило.
Сегодня ему предстояло посетить кафе Lucky People. Заведение находилось на самой окраине города, и Том, чертыхнувшись, поторопился на автобус: написать заметку об этом кафе надо было сегодня, и никак не позже.
Отметив для себя местоположение заведения с огромным знаком минус, Том уставился в стекло автобуса, и подавился, когда увидел тетку, у которой на плече сидел огромный чернющий кот, а в руках два (ДВА, ЧЕРТ ВОЗЬМИ!!!) пустых ведра. Трюмпер потер виски, мысленно убеждая себя, что ничего страшного не произошло, но внутри все дрожало, как трехдневное желе, и это мерзкое чувство подсказывало, что ни хрена хорошего ему не светит.
Впрочем, до Lucky People Том добрался без приключений, хотя и здорово потел, ожидая какой-нибудь подлянки наподобие жуткой аварии, в которой выживут все, кроме него самого.
Тот факт, что добрался он без происшествий, дал Тому надежду на то, что кот был не черным, а с подпалинами, а в ведрах наверняка болтался какой-нибудь мусор, так что к кафе он подходил почти в хорошем настроении и даже насвистывал.
Да, свистел он и в тот момент, когда запнулся о чертову ступеньку в хреновых Удачливых людях. Вот фиг его знает, насколько они, эти люди, удачливы, и кто именно, но Том сегодня к ним явно не относился. Здорово навернувшись прямо на пороге, он, ко всему прочему, прикусил язык.
Черной тенью к нему кто-то метнулся, и Том дернулся в сторону: от боли зрение подвело его, и парню показалось, что к нему подскочил огромный черный кот, готовый насулить ему всё самое плохое.
Однако это оказался всего лишь официант, выкрашенный в черный, с темным, мрачным макияжем, в черной форме.
- В одном черном-черном доме, - буркнул Том, принимая помощь.
- Что, простите? – не расслышал его парень.
- Ничего. Сажай меня за самый удачный ваш стол.
- Мы приносим свои извинения за то, что вы упали, - чинно начал парень, когда Том уселся. – И, поскольку это была наша ступенька, а ваше настроение из-за нее испорчено, предлагаем десятипроцентную скидку на ваш обед. Ах, да, меня зовут Билл, и сегодня я буду вашим официантом.
- Билл, - Том задумчиво посмотрел на официанта, отметив, что он, хоть и похож на всклокоченную ворону, очень симпатичен. – Дай мне меню и принеси воды, пожалуйста.
- Минуту.
Официант исчез так внезапно, словно испарился. Том же снова поморщился, притрагиваясь языком к внутренней поверхности губы: что, и ее умудрился прикусить? Выходило, что так: болел и язык, и губа. Вздохнув, он вытащил блокнот, потянул за язычок закладки и принялся писать заметки на вечер.
- Ваша вода, - прервал его Билл, осторожно ставя перед Томом стакан и наполняя его негазированной водой. – Что-нибудь выбрали? – уточнил он, доставая из кармана электронную записнушку.
- Эм, я… Да, будьте добры, теплый салат с языком, спагетти по-итальянски, а на десерт… Хм, на десерт чизкейк. Пить я буду… Что посоветуете?
- Неалкогольное? Алкогольное? Чай? Кофе? Сок?
- Кофе.
- У нас готовят вкусный латте, я могу влить в себя ведро, - улыбнулся Билл, и от его улыбки у Тома почему-то заплясали бабочки в животе.
- Неси.
Как обычно, он не съел и половины того, что заказал, лишь попробовал. Хотя, говоря откровенно, было достойно. Да, все в этом кафе было приготовлено правильно, идеально, видно, что повар старался, но…
Едва Том написал это, жизнь решила изюма ему додать, и черноволосый официант Билл с грохотом уронил латте прямо на его стол, разливая напиток везде: в салфетницу, в недоеденное Трюмпером, немного попало даже на лицо самого Тома.
