— Думала, я не узнаю о предательстве? — усмехается, прожигая взглядом насквозь. — Нет, я просто… не ожидала, что всё зайдёт так далеко, — шепчу, едва не теряя сознание. — Леон, я… — Ни слова больше, — накрывает рот ладонью. — Родишь моего сына — проваливай. — Прости меня! — Поздно. Ты была для меня единственной. Но в одночасье стала никем… *** Предавать любимых больно и страшно. Но я не знала, что полюблю бандита всем сердцем и буду корить себя за ошибки…
Дана Стар, Айрин Лакс
ЕДИНСТВЕННАЯ ДЛЯ БАНДИТА
Первая книга – Беременна от бандита.
Аннотация
— Думала, я не узнаю о предательстве? — усмехается, прожигая взглядом насквозь.
— Нет, я просто… не ожидала, что всё зайдёт так далеко, — шепчу, едва не теряя сознание. — Леон, я…
— Ни слова больше, — накрывает рот ладонью. — Родишь моего сына — проваливай.
— Прости меня!
— Поздно. Ты была для меня единственной. Но в одночасье стала никем…
***
Предавать любимых больно и страшно. Но я не знала, что полюблю бандита всем сердцем и буду корить себя за ошибки…
Глава 1. Леон
— Лина. Ты что-то скрываешь от меня?
Несколько шагов по направлению к кровати. Лина поднимается и замирает, прижимая тонкую простынь к груди. Комната погружена в темноту, но по напряжённой фигуре девушки становится ясно, что она боится. Щёлкаю кнопкой выключателя, зажигая свет. Взгляд Лины прикован к пистолету в моих руках. Девушка дышит через раз и едва не трясётся от страха.
Сажусь на кровать. Она отползает назад, упираясь спиной в изголовье кровати.
— Тебе уже не нужен наследник? — еле слышно спрашивает она, не сводя глаза с пистолета.
— Сейчас мы говорим о другом. Скажи, Лина, ты честна со мной во всём? — добавляю холода в голос.
Шепотки жены сделали своё дело. Теперь я подозреваю всех кругом. Даже Лину, оказавшуюся в другой стране, в чужой языковой среде. Она — заложница обстоятельств. Пленница. У неё не было ни одной возможности навредить мне, твердит разум. Но интуиция хищника, привыкшего вынюхивать ложь, говорит об обратном.
— Ли-на… — произношу по слогам, растягивая её имя.
Она дёргается, словно от удара, и утыкается лицом в колени, начиная беззвучно рыдать. Плечи трясутся, светлые волосы падают каскадом, словно выставляют границу между нами.
Её слёзы полосуют по сердцу. Мне невыносимо видеть, как она рыдает. Я привык давить, угнетать, находить слабые точки и проверять на выносливость всё своё окружение. Но с Линой становится всё сложнее делать это снова и снова.
Если она лжёт мне, то рано или поздно сломается, прогорев на досадной мелочи. Но весь её подавленный вид говорит об искренности. Лина по-настоящему была испугана, увидев Марио Росси, бьющегося в предсмертных судорогах. Неужели можно лгать так натурально и искренне?
— Лина…
Застываю в паре десятков сантиметров от неё. Сердце борется со здравым разумом и интуицией. Чувствую, что перевешивает первое. Пистолет в руках кажется лишним. Мне не стоило приходить сюда, к ней, взвинченным. С оружием. Она же носит моего ребёнка. Я несведущ в беременных делах. Но врач говорил о необходимости покоя, хорошего питания и умеренных нагрузках. Нужно, чтобы Лина избегала стресса, а не испытывала его.
Откладываю пистолет на тумбочку. Стук получается громким и подстёгивает нервы.
— Посмотри на меня, — прошу, дотрагиваясь до светлых волос. — Я убрал его в сторону.
Не знаю, какой кромешный ад творится в её голове. Возможно, по разрушительной силе он даже похлеще того урагана, что бушует во мне.
Придвигаясь к девушке, я сам убираю волосы, перекидывая их на спину.
— Посмотри на меня. Ну же… Мои руки пусты.
— Нет. На них кровь, — выдаёт судорожное рыдание Лина. — Много крови… Не только твоего друга, но и других. Я в-в-в-видела, как ты убил охранника. Мне так страшно…
Застываю. Признание Лины звучит неожиданно. Значит, она совала свой нос куда не следует. Но если бы она была замешана, то не стала бы так глупо и наивно подставляться. Это служит окончательным щелчком в моей голове. Эта крошка ни в чём не виновата. Абсолютно… Слова Фели — это просто попытка удержать свой статус и настроить меня против Клубнички. Почему? Потому что у этой породистой суки обострённый нюх на конкуренцию. Возможно, она раньше меня поняла, что Клубничка — это больше, чем временное развлечение в моей постели. Из временного она стала постоянной и желанной, как ни одна другая.
— Ты боишься меня, bella? Неужели ты не знала, кто я, когда пришла ко мне без трусиков? — спрашиваю, осторожно подхватывая горячие слёзы. Растираю солёную влагу между пальцев, обхватив крошку за плечи левой рукой.
— З-з-з-знала. Но не верила. Думала, что это лишь слухи. У меня п-п-просто не было выбора. Ни одного… Мне страшно, — всхлипывает, но уже немного спокойнее. — Мне так страшно… Я не знаю, откуда ожидать удара в следующий миг.
— Со мной ты в полной безопасности, — говорю и сам не верю своим словам.
