Единственная для Демона полностью

– Лиза! Она вообще не обязана нам помогать.

Лиза хмыкнула и пошла разглядывать информационные стенды.

– Ты как? – я обратилась к Максу, безучастно сидевшему рядом.

– Не знаю…

– Всё будет хорошо.

Нам пришлось отпроситься с работы раньше положенного. Лояльное руководство, конечно, вошли в нашу ситуацию. Клавдию мы прождали и правда долго – она опоздала почти на полтора часа, а Лиза не отличалась особой выдержкой и терпеливостью. Спустя долгих десять минут, дверь кабинета, за которой до этого скрылась Клавдия, открылась. Показался мужчина в белом халате и очках, вслед за ним выпорхнула Клавдия. На руке висел тёмный полушубок. Мужчина не сводил с неё глаз. Ещё бы! Сапоги на высоком каблуке, красное короткое платье с глубоким вырезом декольте и идеально дополняющая образ шляпка. Это же надо так заинтересовать мужчину, что он не разу не отвёл от неё взгляда. Он что-то увлечённо рассказывал и жестикулировал руками. Клавдия мило улыбалась. Они приближались к нам.

– Познакомьтесь, лечащий врач моего сумасшедшего братика. – она положила руку ему на плечо. – Константин Игнатьевич. Его друзья безумно печалятся, именно о них я вам говорила.

– Здравствуйте. – он окинул нас взглядом, поправляя очки.

Мы поздоровались.

– Спасибо вам, Константин Игнатьевич. – Клавдия протянула ему руку. – Знали бы вы, как мы расстроены. Настоящее горе для нашей семьи…

Я недоверчиво взглянула на Клавдию.

– А как же вы? Не зайдёте проведать? – замешкался мужчина.

– Я бы с радостью, – сделала страдальческое лицо. – Но я так тороплюсь. И не уверенна, что смогу видеть его в таком состоянии.

Он что верит ей? Или силы её чар затмили разум?

– Я уверена, что ребята мне всё расскажут. – посмотрела на нас.

– Да, мы расскажем. – кивнула я.

– Чудненько. – вся наигранность пропала, голос стал холодным. Она развернулась и двинулась в сторону выхода, цокая каблуками.

Врач как загипнотизированный смотрел ей в спину. Даже Макс обернулся, но Лиза ударила его по плечу.

– Ты ахринел?! – прошипела она.

– Да что? Я просто посмотрел. Она странная, тебе не показалось?

Лиза покачала головой, недовольно сверля его глазами.

– Константин Игнатьевич? – попыталась привлечь его внимание. – Константин Игнатьевич? – повторила громче.

– Да-да. – нехотя отвёл взгляд от дверей. – А вы простите?

– Я Ева, Лиза и Максим, – представила всех поочередно.

– Пойдёмте, нам нужно на третий этаж. – он развернулся и двинулся вперёд. – В пятницу его привезли в достаточно буйном состоянии. На самом деле за мою пятнадцатилетнею практику такой случай первый.

– Всё так плохо? – спросила Лиза.

– Нет… в тот же вечер мы определили, что у пациента параноидальная шизофрения. Часто встречаемая. Галлюцинации и бред. Но в субботу он повёл себя весьма странно. Больной утверждает, что ничего не помнит.

– Такое возможно? – уточнил Макс.

Врач тяжело вздохнул.

– Он ведёт себя спокойно. Это не характерно для ранее поставленного диагноза. Шизофрения – не температура, которую можно сбить за один вечер. Это серьёзное психическое заболевание. В субботу утром мы сообщили ему, что уже середина весны. Он удивился, не поверил.

– Он сказал, что помнит?

– Я попросил рассказать больного о минувшем вечере. Как оказалось, он находиться в прошлом. Сказал, что вечером с другом приехал в бар. Там были подруги. – он снова поправил очки, посмотрел на нас. – Лиза и Ева.

Мы переглянулись.

– Чуть больше месяца жизни он не может вспомнить. – доктор остановился около палаты. – Если ему поможет встреча с друзьями, я буду рад, но заходить можно только по одному. Однако, должен предупредить. Он не разговаривает с субботы. Ни с кем.

– Со мной должен поговорить. – заверил Максим. – Если никто не против, я зайду первый.

– Да, конечно. – Лиза погладила его по плечу.

– Вы можете присесть на диван. Я проверю остальных пациентов и вернусь. – доктор оставил нас двоих.

Мы молча дожидались Макса. Мимо нас то и дело мелькали белые халаты врачей, проходили санитары и иногда пациенты. Макс пробыл в палате около двадцати минут. Затем вышел, мрачный, поникший. Лиза тут же встала.

– Ну что?

Он помотал головой.

– Молчит. Даже не посмотрел на меня.

– Ев, я пойду? – подруга посмотрела на меня.

– Да. Я после.

Лиза вышла уже через пять минут со слезами на глазах.

– Я не могу на него смотреть. – закрыла руками лицо. – За что с ним так?

Я молча открыла дверь и зашла в палату. Игорь сидел на койке, руки сцеплены в замок, голова опущена. Я подошла ближе, дотронувшись до изножья кровати.

– Привет. – начала тихо. – Как ты?

Он даже не шелохнулся.