Он решил, что я испугалась, проснувшись одна в комнате?!!! О, нет, дорогой, всё совсем не так, но, похоже, ты этого ещё не осознал. От его предположений и тона, с которым он всё это говорил, меня накрыл истерических хохот. Боже, какой абсурд!
– Рина! – И Алан за долю секунды оказался возле меня.
– Не трогай меня!!! – сорвалась я на визг. И принялась отбиваться, не давая ему дотронуться до себя.
Но он, всё же, сильнее меня. Поэтому, схватив меня в охапку, он метнулся в лифт и притащил меня в медблок, где мне через пару мгновений что-то вкололи в плечо, и я потеряла сознание.
***
Очнулась в своей палате и сразу не поняла: день сейчас или ночь, и, что, вообще, было со мной. Ноги продолжают скрючиваться от боли (да, что ж такое!), но сейчас ещё и руки стало сводить судорогой. И как в таком состоянии мне тренироваться? От одной мысли о тренировке меня чуть не вывернуло наизнанку, но я сдержалась. Как же хочется пить… и есть.
В палату вошёл врач и поинтересовался моим самочувствием. Описала свои ощущения и попросила еды. Он сказал, что мой организм затратил слишком много сил на восстановление после первой тренировки, поэтому сегодня у меня будет перерыв и усиленное питание. Конечно, много затратил, видел бы этот врач, во что меня превратил мой «тренер», так не удивлялся бы сейчас.
Мне вновь принесли мясную пюрешку и странно пахнущий белый напиток. Отпила немного – гадость, конечно, та ещё. Оказалось, что напиток, пахнущий как мел, – это смесь с повышенным содержанием кальция и ещё целой кучей необходимых микроэлементов. Теперь, мне этот жидкий «мел» придётся пить постоянно, так как начался активный рост костей и мне нужно много кальция. Просто «замечательная» новость, что я могу сказать.
Я вспомнила про Марту, она, наверное, волнуется. Интересно, что ей сказал Алан, и говорил ли он ей, вообще, хоть что-то обо мне? Чувствую себя здесь как в тюрьме. Я же приехала сюда с сумкой, а в ней лежит мой телефон; надо узнать, где мои вещи. Но для этого надо общаться с Аланом, а я видеть его не могу! Г-р-р-р, что же делать?! На всякий случай спросила про свои вещи у санитара, что сменил мне капельницу. Но, как я и предполагала, он про них ничего не знает. Значит, остаётся только Алан.
Ох, как же меня «корёжит» – не могу спокойно лежать, как ни повернусь – тело болит всё сильнее.
– Привет. Как себя чувствуешь? – вывел меня из задумчивости голос Алана.
От его голоса рефлекторно напряглось всё тело, и я приготовилась обороняться. Кажется, он это заметил и приподнял правую бровь в удивлении.
– Тебе, ведь, сказали, что сегодня у тебя выходной?
– Сказали… – Ох! Что же сердце так сильно бьется? – Алан, где мои вещи?
– Вещи? – Не понял муж.
– Моя сумка. – Начала злиться я.
– А-а-а, не волнуйся она у меня, – улыбнулся Алан. А меня чуть не перекосило от его улыбки.
– Принеси мне её, пожалуйста, – как можно более ровным тоном, попросила я.
Алан явно удивился, но просьбу выполнил. Телефон, естественно, разрядился, а зарядку я не взяла. Муж, всё это время наблюдавший за моими действиями, поинтересовался, зачем мне телефон. Пришлось признаться, что я хотела позвонить Марте.
– Лучше этого не делать. Я сказал Тиму, что мы будем находиться в труднодоступном месте, где плохо со связью. Так что она не ждёт твоего звонка, – напряжённым тоном сказал Алан, наблюдая за моей реакцией.
Какой же он всё-таки продуманный! Зараза!
– А ты не думал, что общаясь с Мартой, мне было бы психологически легче перенести все, что со мной происходит?! – начиная «закипать», спросила я.
– Рина, я понимаю, что ты оказалась в очень непростой ситуации, но, пока, твоё состояние настолько не стабильно, нам нельзя никого посвящать в происходящее. Не пойми меня не правильно, но Марта довольно общительный человек, и я не уверен, что передаваемая тобой информация останется при ней.
Вот и весь сказ, конспираторы, блин! Да я сдохну здесь от страха и боли в полном одиночестве! Хотя, нет, Алан в качестве моего личного экзекутора будет всегда со мной. Зато, если я не выживу, можно будет просто сказать, что я свалилась в какое-нибудь ущелье, и дело с концом. А простодушная Марта, конечно же, поверит! Но, может, так, и правда, будет лучше, по крайней мере, для неё. Ведь для подруги, мир эшров так и остался светлой сказкой. А, если она узнает, что со мной сотворил Алан, то боюсь даже себе представить, как она отреагирует. Но, вот, сплетницей Марта никогда не была!
– Хорошо, уговорил. Но, если всё завершится благополучно (во что я, если честно, слабо верю), то от неё всё равно нельзя будет скрыть правду, – буркнула я.
–
– Алан, я хотела бы выйти на улицу. Это возможно? – спросила я, затаив дыхание.
– Если только ненадолго, – немного подумав, ответил Алан. – Если твоё тело будет изменяться дальше в соответствии с прогнозом наших биологов, то, примерно, через месяц, мы сможем с тобой перебраться на нашу базу в Подмосковье. Там ты сможешь тренироваться на улице.
