Алиса купила его на невольничьем рынке. Не человек. Раб. Товар. Он привык подчиняться господской воле и давно забыл, что такое — настоящие чувства.Но, чтобы стать боевым магом, Алисе нужен не раб, а хранитель. Защитник. Мужчина.Только вот проблема. Как заставить его вспомнить, каково это: быть человеком?
— Алиса, собирайся, мы едем на невольничий рынок, — постучал отец в дверь моей спальни этим утром. — Настало время выбрать твоего первого раба.
Ох. Я так и застыла посреди комнаты, раскрыв от изумления рот. Не может быть! Это правда?! Мне купят личного раба?
Невероятно.
Да любой ученик гимназии мечтает о подобной роскоши, но рабов-хранителей разрешено иметь только боевикам.
Каким же он будет?..
Я вся извелась в ожидании, думать ни о чем не могла! Всю дорогу вертелась на сидении и выглядывала из окна повозки.
— Только не бери первого попавшегося, давай осмотримся, — строго сказал отец, когда мы подъехали к входу на рынок.
— Ага, — ответила ему и понеслась по рядам.
Мы покупали рабов и раньше, но бытовых, и моего мнения никто особо не спрашивал. Обычно я болталась за спинами родителей и с любопытством разглядывала их обнаженные тела. Рабы могли носить одежду только в хозяйских домах. Ну, это и правильно, если вдуматься. Ведь перед покупкой их нужно полностью осмотреть. Шрамы, отметины, руны всякие. Мало ли что захочет припрятать торговец за слоями ткани.
— Алиска, куда ты бежишь? Остановись, присмотрись к кому-нибудь, — смеялась мама, но ноги несли меня вперед.
Собственный раб-хранитель!
Конечно, вначале нужно убедиться, что он мне подходит по всем показателям. После чего пройдет испытания, ну а в день инициации встанет бок о бок со мной.
Я обращусь в мага, а он превратится в моего хранителя.
До инициации оставался месяц.
Теперь я не хуже других выпускников боевого факультета. Некоторые уже полгода хвастаются личными рабами, а папа всё медлил, не хотел меня баловать. Всё равно обучать будущих хранителей будут только со следующей недели.
Елена вон в восторге от мулата, которого ей подарили на день рождения. Говорила, какой он восхитительный… везде. Ну, и выносливый, и с оружием управляется, да и в постели какие-то чудеса вытворяет. Я тряхнула копной волос, щеки залило краской. Мне-то в постели ничего вытворять не надо, я просто хочу самого сильного и красивого раба на свете.
Такого, чтобы все восхищенно ахнули.
Я остановилась возле одного из прилавков, за которым топтался управитель рабского дома. Он повертел передо мной пальцами, высчитывая мои параметры, и отправился подбирать нужных рабов. Таких, которые подошли бы мне по всем магическим нормам.
Вскоре мужчины и женщины выстроились в ряд, и мы с родителями чинно обошли каждого. Вроде симпатичные, но ничего особенного. Черты лица правильные, тела тренированные. Только не было в них чего-то, что заставило бы сказать: оно.
Моё чутье молчало, значит, это не те рабы, что нужны.
— Да повернись ты, чего обмер! — донесся до меня злой рык покупательницы, что стояла у соседнего прилавка.
Машинально я глянула в ту сторону, рассмотрела группку запуганных рабов. Они совсем другого склада. Жилистые, тощие, некоторые измученные, еле держатся на ногах. Мне стало неприятно. Всё-таки за товаром нужно ухаживать. Это же не вещь какая-нибудь бесхозная, а человек.
Я собиралась отвернуться, когда поймала на себе взгляд. Долгий, тяжелый, почти бесконечный взгляд… раба.
Сердце пропустило удар.
Он?..
— Повернись, скотина, кому говорят, — произнес торговец и обрушил плетку на его спину.
Удар, ещё и ещё один.
Раб молча рухнул на землю, попытался подняться на дрожащих руках. У него не получилось, потому что вслед за плетью последовал тяжелый управительский башмак. Короче говоря, плачевное зрелище. Мне не нравится, когда рабам приносят вред.
Как-то это было грязно, неправильно.
В нашей семье не принято избивать прислугу. Даже за серьезные провинности. Отец мой новаторских нравов и предпочитает иные наказания.
Я успела рассмотреть, что он молодой, исхудавший и болезненный какой-то. Зато взгляд. Холодный, сосредоточенный. Живой. Что-то в нем показалось мне знакомым. Не смогла понять, что именно. Голову словно стиснуло тугим обручем. Появилось непреодолимое желание — подойти поближе и убедиться, что я никогда ранее не встречалась с этим рабом.
— Мне такой не нужен, — скривилась покупательница и ушла, цокая каблуками.
Шаг за шагом я сокращала расстояние между мной и стоящим на коленях молодым мужчиной. Рассматривала алые полосы на его спине. Присела на корточки, всмотрелась ему в лицо, пытаясь найти знакомые черты. Глаза парня были полны льда точно в лютый мороз. В светлых, почти белых волосах темнела дорожная пыль.
Почему мне кажется, будто мы встречались раньше?..
Может быть, это сын одной из наших служанок, которого отобрали на воспитание в рабский дом?
— Миледи, вам чем-нибудь помочь? — торговец суетился рядышком, подсовывал рабов посолиднее. — Взгляните, какой чудесный экземпляр. Совсем недавно получили, никем не замаран. Будете у него первой и единственной. Сокровище. Да не смотрите вы на это чучело.
Но я упрямо таращилась на парня. Всё внутри меня вопило: «Он! Проверь! Посмотри!»
— Он мне нравится, — сообщила родителям. — Проверьте его показатели.
