— Я думаю, мы могли бы вместе кое-что придумать. Бабушка будет сидеть с правнучкой, я устроюсь работать… — начала расписывать планы.
— Вот как? Любопытно. На старенькую бабушку хочешь оставить и внучку, и правнучку?
— Я… — замялась мама. — Я не думаю, что приеду жить с ребенком от Эдуарда.
Я даже слов найти не смогла.
— Что ты такое говоришь? Постой! Ничего не понимаю.
— Эта дочь Эдуарда. Я отвезла дочь Эдуарда к его родителям и подала на развод. Желаю скорее забыть, что в моей жизни было это позорное пятно!
— Это и твоя дочь — тоже! — произнесла с нажимом. Внутри поднялась удушливая волна негодования, и я решила не молчать, а высказать все, как есть, высказать все свои мысли. — Нет, мама. Не приезжай ко мне. Даже если приедешь, я тебя не встречу. Забудь мой номер телефона. Я не хочу тебя видеть. Ты слишком легко избавляешься от дочерей, когда они начинают мешать твоим планам и репутации. Тебе следует подумать о том, что ты заслужила то порицание, которое на тебя обрушилось! И каким бы уродом ни был Эдуард, его дочь в этом не виновата. Подумай об этом, как следует! — выпалила я сбросила вызов.
Короткий разговор совершенно лишил меня сил, я устало прислонилась к плечу Рината, которое оказалось рядом в подходящий момент, и выдохнула.
— Можешь не рассказывать, я все слышал. Мама у тебя — та еще штучка.
— Может быть, ты хотел сказать «сучка»?
Ринат заразительно рассмеялся.
— Да, хотел. Но потом решил, что не буду говорить такие нехорошие слова в присутствии дочери.
— Ой! — ответила сконфуженно, заметив, что Мириам наигралась на площадке и стояла совсем рядом. — Надеюсь, она не запомнила этого?
— Надейся! — хмыкнул Ринат. — Кое-что дети запоминают лучше всего. Первое, они всегда помнят, где лежат конфеты. Второе, они хорошо запоминают ругательства.
— Откуда у тебя такие познания о детях? — удивилась я и добавила немного неуклюже. — Неужели ты узнал, что у тебя есть еще один ребенок? Или даже два? Ты же был так уверен, что бесплоден…
— Намекаешь, будто я полгорода мог обрюхатить? — изумился Ринат. — Нет, Роза. Ты — единственная девушка, с которой я не пользовался защитой. Остальные девицы были такие, что не хотелось соваться в них без барьеров.
— Хватит! — поморщилась я. — Это уже перебор с откровениями.
— Зато они правдивые и честные.
— Пусть так. Я устала немного.
— Поехали!
Ринат поднял дочурку, она обняла его за шею и опустила темноволосую головку на его широкое мужское плечо.
— Хочу показать тебе место, где мы будем жить всей семьей.
Плохой
— Я могу немного подумать? — уточнила Роза и опустила взгляд.
— Может быть, просто посмотришь квартиру и потом будешь думать? — предложил Ринат.
— Мириам нужно отдохнуть.
— Хорошо, пусть дочурка сперва немного отдохнет.
Ринат согласился, с трудом заставив себя не показывать разочарование из-за новой небольшой паузы, которую взяла Роза. Ему хотелось взять целиком девочек в свою жизнь и еще одного малыша — тоже!
Дважды отец, черт побери, разве это не могло не пьянить? Опьяняло, лишало спокойствия, заставляло сердце пробивать ребра на предельной скорости. По крови гуляла шальная эйфория. Ринату казалось, что можно оттолкнуть от земли и просто взлететь над ее поверхностью. Таких эмоций он не испытывал ни разу — острых, глубоких и волнующих до головокружения.
В голову била эйфория, и как бы Ринат ни пытался сдержаться, эмоции рвались наружу. Он слишком долго сдерживал их внутри, так много молчал и подавлял себя, что первое время и слова сказать не смог, но сейчас его прорвало, как плотину при половодье, и останавливаться на достигнутом он уже не мог и не хотел.
Цели были поставлены, и он семимильными шагами двигался к их осуществлению. Ринат надеялся, что Роза согласится жить с ним в одной квартире, душой чувствовал, что она тоже влюбится в это место и останется с ним, а там и до свадьбы совсем недалеко…
— Сначала отвези нас домой, а потом мы побудем у тебя в гостях. Недолго, ближе к вечеру. Хорошо? — спросила Роза, сильно нервничая.
Ринат сначала даже не поверил! Он внутренне приготовился долго осаждать Розу напором и предложениями, а она согласилась посмотреть квартиру.
— Само собой, — ответил сдержанно, но потом широко улыбнулся Розе и заметил ее ответную улыбку и вспыхнувший огонек в глазах.
Ей тоже хотелось пойти навстречу, догадался он, она не была равнодушной к Ринату, нужно было лишь немного и мягко подталкивать ее и не испортить все чересчур сильным напором. Для Рината было непривычно сдерживать свои порывы, он всегда шел вперед, напролом, ломал сопротивление и добивался поставленных целей. Сейчас он напомнил себе, что речь шла не о том, чтобы сломать противника, речь шла о создании семьи с любимой женщиной, и все его прежние методы здесь давали осечку, показывали его с дурной стороны.
— Столько пропущенных, — нахмурилась Роза. — От Светы.
— Когда она звонила? — удивился Ринат.
— Может быть, пока я с мамой беседовала? Потом телефон перевела на беззвучный режим.
— Перезвони, спроси, что стряслось.
