— Да, — немного смутился Ринат. — Я все подготовил. Мне помогли определиться с дизайном мебели, обои я оставил прежние — светло-бежевые. Если не понравится, все можно изменить. Но меня заверили, что комната — потрясающая.
— Очень красивая! — подтвердила Самира.
Она хвостиком пошла следом за нами. Ринат вошел в комнату, осторожно уложил Мириам поверх светлого покрывала, я раздела дочку осторожно, чтобы не разбудить, оставила на ней лишь трусики с маечкой и накрыла пушистым пледом.
За время этих простых действия я могла немного оглядеться и призналась себе, что комнату обставили хорошо — дизайн был удачным, все самое необходимое для детской комнаты было здесь, в углу просторной комнаты даже стоял детский домик для игр в виде вигвама.
Я поцеловала дочку, Ринат сделал тоже самое и вывел меня из комнаты, знаком показал Самире следовать за нами. Девочка на цыпочках вышла в коридор, у нее была смешливая, очень подвижная мимика. Она посмотрела на меня в упор и спросила:
— А кто ты?
— Роза — моя невеста! — ответил за меня Ринат и снова сложил губами «прости».
Роза
Поначалу я немного настороженно смотрела в сторону Самиры. Я была не готова к такому потоку событий, они обрушились на меня словно цунами, как неподвластная моей воле стихия. Голова раскалывалась от мыслей, в сердце, казалось, не хватило бы места для еще одного человека. Но Самира была лишь ребенком — любознательным, очень живым, активным ребенком. От нее не исходило злости или ревности, что в жизни Рината появились и другие люди, поэтому я выдохнула с облегчением.
Выдохнув, начала думать о том, какую роль мне предстоит сыграть в роли Самиры. О, как неожиданно пришли эти мысли, заставив сердце трепетать!
У меня появится второй малыш от Рината. По предварительным заключениям врача, Мириам должно хватить материала от подходящего родителя. Нужно будет провести несколько неприятных процедур и провести некоторое время в стенах больницы. Но результатом этого станет выздоровление моей малышки и не придется истязать второго ребеночка. Это ли не счастье?
Если я буду жить с Ринатом…
Если соглашусь принять роль его невесты.
Сладко и страшно, как на краю огромной пропасти, внизу которой открывается прекрасный и завораживающий вид. Я видела такие места только через фото в интернете, но дав согласие пожить у Рината, я чувствовала себя именно так: на краю пропасти, боящейся посмотреть вниз и увидеть вместо красивого пейзажа лишь острые камни.
Недоверие и сложности глубоко ранили мои чувства! Я чувствовала себя зажатой в панцире сомнений, и боже, как мне хотелось, чтобы их не стало…
Первые недели проживания под одной крышей с Ринатом прошли в хлопотах. Они отнимали довольно много времени, но были приятными. Нам следовало обжиться на новом месте. Я хотела забрать наши вещи со старой квартиры, но они все провонялись дымом. Возможно, даже стирка была бессильна перед въевшимся запахом горелого.
Ринат решительно заявил, что в новую жизнь нужно вступать со всем новым и устроил нам грандиозный шоппинг, длиной в несколько дней. Самира все это время была рядом и принимала самое активное участие. Меня тронул момент, когда, выбирая бусики на кассе, Самира взяла сразу двое бус.
— Мне и Мириам, — объяснила она. — Ты же купишь? — попросила Рината.
— Куплю, разумеется! — погладил по волосам.
Кажется, из Рината можно было вить веревки… Он совершенно не считал деньги, был готов сорить ими налево и направо, пока я строго не запретила ему скупать все подряд.
Если дать ему волю, он бы весь магазин игрушек скупил для Мириам, всех кукол, мягких зверушек и просто забавные безделушки, на которых только останавливался взгляд дочери.
— Ринат, хватит! — взмолилась я.
— Я хочу наверстать упущенное.
— Как? Покупками? Нет, это делается не так.
Мне показалось, что на лице Рината проскользнула тень, и этим же вечером у нас состоялся разговор. Девочки играли в большой комнате, Самира с удовольствием возилась с Мириам. Конечно, ведущая роль принадлежала Самире, а Мириам больше топала вокруг замка для кукол, расставляя мебель на крыше и хохоча над своей выходкой.
— Девочки отлично ладят, — заметил Ринат и отвел меня в сторону. — Не переживай, наша семья будет дружной.
— Наша? Кажется, ты все уже решил для себя?
— А ты? — усмехнулся он. — Неужели еще не решила, не вынесла для себя вердикт насчет меня? Или будешь продолжать казнить меня за ошибки? Да, я совершил чудовищную ошибку. Может быть, такое даже прощать нельзя! Но неужели тебе самой будет лучше, если ты постоянно станешь гнать меня от себя? Скажи… Честно ответь! — потребовал. — Ты счастлива сейчас? Получаешь удовольствие, отпинывая меня всякий раз, когда я признаюсь тебе в своих чувствах?
— Нет, — покачала головой. — Я не хочу тебя гнать, но это происходит само собой. Как щит… Мне пришлось быть сильной. Пойми.
— Понимаю!
Ринат поймал мои ладони, прижался к ним губами.
— Я уже говорил тебе, как сильно восхищен?
— Да.
— Но я еще раз скажу. И позволь прояснить тебе кое-что насчет моей семьи…
— Каримовы?
