Вспоминая письмо Перлы, Дамиан кривился – как же, не имеют они возможности пересылать почту! Отправили курьером до границы, там передали к порталу – вот и все затраты. Это всё тот необъяснимый страх Оландезии перед миром, их странное желание закрыться.
Реджи очень надеялся, что Перла – истинная дочь своего отца, и пока самого посла, судя по всему, задерживают на границе при получении и отправке почты, не теряется одна во королевском дворце Оландезии и действует по плану.
Вообще задержки были очень в характере оландезцев. Они могли создать очередь или придумать повод для волокиты буквально из ничего. И государственные чины Бенестарии иногда на совещаниях в королевском дворце восхищенно цокали языками, выслушивая редкие доклады послов или доверенных купцов о том, что расстояния, которые в обычных условиях родины можно преодолеть за день или два, в Оландезии преодолевались за неделю. И это не было ещё пределом. Причины для того, чтобы задержать курьеров, купцов или дипломатов, придумывались хоть и не серьезные, но непреодолимые снабегу, требующее вдумчивости и фантазии, чтобы найти и подготовить способ их обойти.
Поэтому ничего удивительного, что даже с отцом у Перлы встречи редкие, - её загоняют в тоскливое одиночество. Храпящая ночью и молчаливая днём, неотлучно находящаяся рядом старушка — это тоже явное давление на психику. Но Перла молодец, не поддаётся, удачно притворяется простушкой. А вот что такое творит наследник соседнего королевства, было непонятно. И то, что он творит, было бы даже возмутительно, если бы девушка была единственной Дамиана не на словах, а на деле.
«Надо в ответном письме это учесть, и как-то проявить», - отметил принц.
Его лошадь шла медленной рысью, и мерное покачивание, как всегда, помогало обдумывать важные вопросы и даже находить интересные варианты решения сложных дел. Вот как сейчас.
Рассказ о служанке, чистившей камины… Почему-то Дамиана растревожило это известие, о котором писала Перла. Он обернулся к советнику, который должен был рысить рядом, но почему-то оказался далеко позади. Словив его взгляд, Суземский выслал своего коня вперёд и догнал принца со словами:
- Дамиан, друг мой! Скажи мне, пожалуйста, благодаря какому несвойственному тебе капризу мы не пошли в столицу порталом, а едем верхом, да ещё через лес? У нас есть хороший маг, - советник бросил взгляд назад, на ставшего теперь их постоянным спутником молодое дарование. Молодой человек теперь всегда сопровождал принца в составе отряда личной охраны. - Я понимаю, что модная самоходная карета не пройдёт ни к старому замку, ни тем более здесь, но хотя бы карета?.. Реджи! Обычная карета, запряженная четверкой самых обычных лошадей?..
Но реджи только отмахнулся от этого вопроса – его мысли были заняты сейчас совсем другим.
- Зорий, я всё думаю над последним письмом Перлы Инвиато. Ты его помнишь?
Суземский весело рассмеялся, его лошадь даже дёрнула ухом от резкого звука.
- Конечно, помню! Она так изящно рассказала, что наследник ухаживает за ней, и в то же время, что она его боится! Мило, очень мило!
- Да, мило, - рассеянно проговорил Дамиан, бездумно теребя повод, - я о другом. Она не из тех, кто не любит чернь. Я этого не понимаю, но не осуждаю, да и не об этом сейчас речь. Перла, насколько я знаю, легко находила язык с кухарками и горничными. Мне кажется, это не в её обычае вот так подчеркивать отношение к слугам. Как думаешь, что она хотела этим сказать?
Зорий задумчиво поправил перчатку, похлопал лошадь по шее и только потом заговорил:
- Если хорошо подумать, то я, друг мой, тоже чернь.
Дамиан не сдержался и скривился:
- Не надо себя равнять с другими! Ты – вне всех этих условностей, Зорий! Ты – гений, и ты нужен Короне именно таким, как есть – вместе со своим происхождением, гениальными мозгами и неуёмным жизнелюбием. Ну и потом, о твоей родословной ничего не известно, - Дамиан был недоволен этим разговором: он предпочитал не помнить о происхождении лучшего друга и верного советника. Намного легче предполагать, что Зорий по какой-нибудь чудовищной случайности попал в приют из знатной семьи, чем пытаться изменить своё отношение к простолюдинам. - Так что говори, что думаешь по поводу письма моей «единственной», и не будем отвлекаться.
Зорий улыбнулся криво и сказал со вздохом:
- Ох, друг мой, спесь тебе не к лицу. И она тебе ещё аукнется!
Дамиан смотрел строго вперёд, покачивался в седле и имел при этом такой вид, будто нёс на себе весь мир, и его это очень утомляло. Зорий только хмыкнул и качнул головой.
- Ну что же, друг мой реджи… Давай про письмо поговорим. Что именно тебя интересует?
Тон принца сразу стал деловым и более мягким, он тут же развернулся к собеседнику, насколько позволяло седло.
- Я не могу понять, почему она писала про служанку, которая чистит камины.
Зорий вновь погладил лошадь, перебрал поводья.
- Да не про служанку она писала, друг мой, - начал он задумчиво, а потом всё больше оживляясь, продолжил: - Она тебе про историю любви писала. Про иностранку, наёмницу, которая собой пожертвовала ради любимого.
