- Они дружили между собой, в таверне за кружкой засиживались, говорили много. Вот как-то к ним и подсел незнакомец, заговорил. А как нашли? Опрашивали безопасники тех, кто бывал в таверне, где бывал и покойный адепт, Василий Трушинский.
- Значит, обязательные условия - Академия и таверна?
- Зорий, Академия, таверна и... проблемы. И главное тут именно проблемы. А таверна - скорее совпадение. Ты в это число ещё профессора Рассовского впиши. Он по тавернам не шлялся, а зацепили его через дочь.
- А Борсуковский? С ним как?
Реджи вздохнул.
- Тут непонятно. У него не за что зацепиться. Разве что увлечённость наукой, - помолчал, опять вздохнул. Продолжил: - Зорий, что скажешь? Есть какие-то дельные мысли?
- Думаю, искать надо. Искать всех тех, кто попадался этому, с шаманскими штучками. И пытаться вытащить как можно больше подробностей. И хорошо, основательно разговорить купца. Привлечь всех возможных специалистов. Вплоть до семейства Марунов. Зиад неплохой менталист, да и атмосфера ему знакома, Рада тоже что-нибудь может подсказать.
Дамиан вздохнул.
***
Девочки бегали по королевскому парку. Через закрытое окно слышался их звонкий смех.
- Прости меня, Валери, - Дамиан стоял и обнимал свою единственную. Он, невысокий, рядом с ней сам себе казался великаном. От этого или от другого, но вот так обнимать её, возвышаясь едва ли не на целую голову, было невероятно сладко. Валери прижималась к его груди щекой и крепко обнимала за талию.
- Я простила тебя, Демьян.
В который раз он повторял эти слова, в который раз она говорила одно и то же в ответ.
- Ты меня не называешь Дамианом, - с тихим вздохом проговорил он.
Валери пожала плечом, не отрываясь от мужской груди.
- Я так привыкла. И всё ещё не верю, что ты принц, - она хмыкнула, и Дамиан понял, что она улыбается. - Мой мужчина — принц. Чудеса!
Она часто повторяла эти слова, будто пробовала их на вкус, перекатывала во рту, как твёрдую конфету. Хмыкнула.
- Не могу поверить, что ты принц.
- Я тебя люблю, - тихо выдохнул Дамиан ей в волосы.
- И я тебя, - потёрлась она щекой о рубашку под распахнутым камзолом. - Иди. Тебя кто-нибудь уже ждёт?
Они наконец оторвались друг от друга.
- Я ещё зайду сегодня, - он обернулся возле двери, чтобы ещё раз обнять её взглядом.
Валери улыбнулась и прошептала едва слышно:
- Хорошо, я буду ждать.
Принц не услышал, но понял. Понял и улыбнулся. И вышел, аккуратно прикрыв дверь, унося в душе тепло, радость и предвкушение. Марк Опрельский встретил его у крыльца.
- Ваше высочие, - подстроился он к шагу реджи, - вас хочет видеть её величие.
Дамиан бросил быстрый косой взгляд на секретаря.
- Сейчас?
- Да, ваше высочие.
- В кабинете?
- Да, в кабинете её величия.
***
- Ваше величие, разрешите? - Дамиан прошёл, не ожидая ответа на свой формальный вопрос.
- Рада вас видеть, сын мой, - королева сидела за своим рабочим столом, расправив и так прямые плечи. Подала бумагу: - Вот, прочтите.
Дамиан принял письмо, и рука дрогнула, едва глаз разобрал вязь оландезийского письма.
- Может, стоит выдать им девчонку? - с едва заметной усталостью спросила королева.
- Боюсь, вы опоздали, матушка, - пробормотал Дамиан, уже читая витиеватые строки на ломаном бенестари.
В письме король Оландезии Юзеппи требовал выдать дочь-преступницу и негодяя, что посмел убить его старшего сына и наследника. Дочитав, принц медленно сел в кресло и уставился в пространство.
- Угрожать ему нечем, но требования он выдвигает... Интересно.
Раздумывал реджи недолго.
- Считаю, принцесса Тойво и её муж должны это прочесть. Но выдавать их не можем - после обряда, что совершил глава клана Удабнос, чета Марун лишь гости в Бенестарии.
Дамиан глянул на мать и приподнял брови, мол, как вам такая мысль, ваше величие? Она лишь слегка склонила голову. Возражала? Соглашалась?
- Проблема тем не менее осталась. Но если король Юзеппи не бряцает оружием у наших границ, а шлёт послания, то стоит расценивать это письмо как призыв к переговорам.
- Матушка, в этом вопросе я доверюсь вашему опыту. Однако, слать очередное посольство в Оландезию – значит подвергать опасности наших дипломатов. Опыт показывает, что это неразумно, а главное - не плодотворно.
- Сын мой, - королева смотрела на реджи исподлобья, - я согласна с вами, и теперь мы выбьем Юзеппи из колеи, и сами будем навязывать условия. Этот северный нарыв пора вылечить.
Реджи развёл руками:
- Как скажете, ваше величие. Но считаю, что стоит привлечь к этому вопросу заинтересованных лиц.
Королева решительно встала:
- Согласна. Я сама поговорю с ними.
И сделала два шага к окну, замерла. Принц хотел уже уйти, но мать, кажется, ещё не закончила разговор.
- Подойдите, сын мой, - сказала не оборачиваясь.
- Да, матушка, - Дамиан стал рядом с ней. За окном бегали дети, играли в мяч, смеялись.
- Что это? - узкая ладонь королевы вытянулась к окну.
Дамиан сложил на груди руки и спросил, глядя на детей:
- Что вы имеете в виду, матушка?
