Надо ехать домой. Понять, какого хрена там делает Черный. Этот уебок мог прибыть по приказу Воронцова. Озвучит условия. Попробует зацепить.
Ебануться. Зря они это затеяли. Очень зря.
Скоро поймут, что никогда нельзя трогать мое. Поймут, да. Но будет охуеть как поздно.
Куда поехал Глеб?
Этот вопрос не дает мне покоя. На душе странная тревога, и я постоянно проверяю телефон. Никаких сообщений, никаких звонков.
– Лика, все нормально? – спрашивает тетя и хмурится, словно чувствует мое настроение.
– Да, – киваю. – Просто немного устала.
– А как ты себя чувствуешь? Живот не тянет?
– Я в порядке, – заверяю ею. – Наверное, пора прилечь. Сейчас меня всегда после обеда клонит в сон.
– Хорошо, тогда и правда нужно отдохнуть, – говорит она. – Поднимайся к себе, а за гостей не волнуйся.
Я прощаюсь со всеми. Направляюсь на второй этаж. Вот только напряжение не отпускает.
Тимур не знает, куда отправился Глеб. Я у него прямо спросила. Уверена, этот человек не стал бы лгать. Тамара тоже ничего не рассказала. И возникло такое чувство, точно женщина не желает затрагивать эту тему, опасается меня как-то потревожить.
А вдруг Глеб решил встретиться со своим отцом?
Просто догадка. Однако вполне может оказаться правдой. Хотя учитывая все рассказы про Волкова-старшего, это последний человек в мире, с которым Глеб захотел бы общаться по доброй воле.
Может, есть другой вопрос? Может, они вынуждены встретиться по определенным причинам?
Выразительная реакция Тамары на мои вопросы четко подсказывала: здесь действительно замешана семья Волковых, пусть совершенно неясно, в каком именно качестве.
Мои интуиция обострилась до предела. Вот только переживать глупо. Повода нет.
Глеб же объяснил все, предупредил, сказал, что вечером вернется, а слово всегда держит. Наверняка объяснит, в чем дело, когда приедет обратно. Он человек действий. Всегда добивается результата. Идет к цели напролом.
Невольно улыбаюсь.
Точно. Если Глеб обещает, то выполняет. Тут без вариантов. Однако порой его настойчивость жутко бесит. Особенно если он не слушает. Не слышит. На своем стоит. Не желает никаких компромиссов.
Но сейчас все иначе. Мужчина меняется. Открывается с другой стороны. Я вижу, он начинает прислушиваться. В мелочах, в более серьезных моментах. Конечно, процесс идет медленно. Достаточно вспомнить, как упоминание о сотрудничестве с Русланом Черным доводит его до белого каления.
Такая глупость. Вот почему он ревнует? Разве я давала повод?
Взрывной характер. Авторитарный. Властный. Глеб прирожденный собственник. Все должно быть так, как он скажет.
Ну ничего. Кажется, в некоторых ситуациях он готов уступить. Соглашается, что я тоже бываю права.
Моя ладонь опускается на живот. Ощущаю легкий толчок. Внутри становится тепло, как будто моя малышка тоже меня успокаивает.
Мама, я здесь. Рядом. Мамочка.
Кажется, слышу этот голосок. Нежный. Точно звон колокольчика. И перед моим мысленным взглядом сразу возникает лицо Глеба. Взволнованное выражение.
Так и слышу, как он спрашивает:
– Почему она не толкается? Не доверяет мне?
Доверяет. Наша доченька принимает Глеба. А как иначе? Она радуется, когда папа рядом. Тоже чувствует его. Через меня. Впитывает эмоции.
Моя улыбка становится шире, а глаза наполняются слезами. Перепады настроения теперь закономерность. Гормоны бушуют.
Вообще, тревожность – это нормально. Особенно после того, какой резкий поворот произошел в моей жизни.
Я же приготовилась воспитывать ребенка одна. Такое решение приняла. О другом даже не думала.
Помню первый осмотр у гинеколога. Пока ожидала врача, другая девушка завела со мной разговор. Я отвечала на ее вопросы рассеянно.
– Подожди, – вдруг сказала она. – Так ты не замужем? Выходит, одна рожать собралась?
Я только кивнула в ответ. Тогда был такой период, что мне и думать тяжело стало. В горле стоял ком. Хоть я и пыталась успокоиться не выходило. Мне оказалось трудно вычеркнуть Глеба из памяти.
Его глаза. Его улыбающиеся губы. Его хриплый голос, пробирающийся под кожу. Разве можно все это взять и вырвать из сердца? В один момент.
Я же влюбилась в него. Как последняя дура. Доверилась, открылась, а он поступил как ублюдок. Наговорил мне таких гадостей, которые до сих пор отбивались громом в ушах.
– Зачем тебе это? – удивилась та девушка. – Сделай аборт. Почему ты собралась рожать от козла, который тебя бросил?
Не бросил. Я сама ушла. Хотя вообще, это не важно.
От слова “аборт” меня бросило в ледяную дрожь.
– Ты себе жизнь ломаешь, дура, – девушка фыркнула и посмотрела на меня как на сумасшедшую. – Если бы я каждый раз рожала, то у меня бы целый выводок детей был. А какому мужику такое надо? Баба с прицепом. Мой тебе совет. Ты сейчас лучше аборт сделай, а когда встретишь нормального парня…
Я так и не дослушала ее. Но я об этом не жалела.
Тошнота подкатила к горлу. И я едва успела зайти в кабинку туалета. Согнулась пополам – и тут меня мучительно вырвало.
Потребовалось время, чтобы успокоиться.
Кошмар. Сделать аборт ради будущих отношений с другим мужчиной? Избавиться от ребенка, чтобы быть… свободнее?
