Триста лет назад мир изменился.Страшная эпидемия грозила уничтожить все человечество. Чтобы остановить распространение болезни, люди окружили зону поражения защитным Барьером. Любой, кто касается его, умирает на месте. Жизнь внутри Барьера скатилась на уровень средневековья. А мир вне его ушел далеко вперед.Юный изобретатель Питер Матье на спор преодолевает Барьер и погружается в мир высоких технологий. Ему помогает разобраться в нем Полуликий – Наблюдатель Башни, изгнанный из высшей касты эр-ланов, «прекраснейших».Их неодолимо тянет друг к другу, но смогут ли они быть вместе? Ведь они происходят из совершенно разных миров, и как раз сейчас над одним из них нависла чудовищная угроза…
Китайская песня для циня «Феникс ищет свою пару»
(«Фэн Цю Хуан» или 凤求凰). Перевод Александры Родсет
– Только посмотри на это!
Инза взмахом руки погасила портативный гало-экран, приблизилась к одному из обзорных и бесцеремонно потыкала в него пальцем. Во все стороны, точно круги по воде, разошлись радужные блики, запрыгали по унылым серым стенам Наблюдательной Башни.
– Ну где ты там… – заметив краем глаза золотистое мерцание, тут же передумала оборачиваться, – а черт, извини.
– Ничего, – ее напарник приблизился и склонился к экрану. Худые, бледные руки с привычной ловкостью скрутили золотистые волосы в пучок на затылке, оставив строго положенную по длине прядь лежать на плече синего одеяния, – правильно сделала, что разбудила. Погоди… он что, хочет?..
– Видимо, да! – Инза взъерошила огненно-рыжий ежик волос, проведя ладонью с затылка на лоб и обратно. – Глянь, что делает! Невероятно! Этот мальчишка или чертов гений, или полный дебил!
Несколько секунд они наблюдали за происходящем на гало-экране, не в силах оторвать глаз.
– Если полетим сейчас, еще успеем его остановить, – Инза сама не знала, утверждение это или вопрос.
Её напарник покачал головой.
– Пятнадцатый сектор. Полетели. Как раз увидим, получилось у него… или нет.
Питер в очередной раз вытер пот со лба и покрепче намотал на руку кожаные ремни. Не ожидал, что в долине гейзеров будет так жарко – все-таки она находилась среди гор.
С колотящимся сердцем он смотрел на творение своих рук – оболочку из тонкой кожи с приделанными снизу стеклянными трубками. Трубки заканчивались воронками, в которые собирался водород, выделявшийся пузырьками в горячих струях гейзера.
Кожаная оболочка вздувалась и опадала, точно огромное сердце. Через полчаса она превратилась в настоящий воздушный шар – точь-в-точь такой, как описывалось в книге. Концы опоясывающих его ремней Питер придавил камнями, но теперь не был уверен, что они выдержат.
В любом случае это единственный шанс. Ветер потащит шар на ту сторону, и как только Барьер останется позади, Питер просто проткнет шар палкой с толстым гвоздем на конце. Палку он сжимал в правой руке, ремень в левой. Ладони похолодели и взмокли от пота.
– Сейчас увидим, кто тут не сможет преодолеть Барьер, придурки, – пробормотал Питер себе под нос.
Внезапно ремни, удерживающие шар, угрожающе затрещали, один из них вырвался из-под камня, хлестнув по воздуху, как пастуший кнут. Шар взмыл в небо, и Питер почувствовал, как ноги отрываются от земли. К счастью, он не надеялся на силу рук, хоть она и была немалой, и закрепил конец ремня на поясе. Его потащило вверх точно тряпичную куклу – подъемная сила шара оказалась огромна.
Безоблачно-синее летнее небо распахнулось, ударило Питера в грудь потоками холодного воздуха. Дыхание замерло в груди – долина гейзеров стремительно уносилась вниз и превращалась в серое пятно, горы становились все ниже и ниже с каждой секундой. На миг он представил, как глупо выглядит – здоровый парень висит между небом и землей, как коровья туша в мясной лавке.
Но отец всегда говорил, что лучше выглядеть глупцом, чем трусом. К тому же Питера мгновенно охватил пьянящий восторг.
Он летит, летит по-настоящему! Месяцы проб, ошибок, бесконечных расчетов – и у него все-таки получилось!
Он бы завопил от радости, но ветер не давал даже вдохнуть как следует. К тому же Питер быстро понял, что набрал слишком большую высоту. Его отнесло уже достаточно далеко от гор – внизу расстилался лес, темно-зеленый, хмурый, бескрайний, как море. Пожалуй, пора осторожно проткнуть шар и молиться Всемогущему Отцу, чтобы он не лопнул…
Питер не без труда поднял палку – ее он тоже предусмотрительно привязал ремнями к предплечью, чтобы не уронить… и ошеломленно замер.
Палка оказалась недостаточной длины.
Не хватало какой-то ерунды, пары сантиметров, может, вообще одного сантиметра, но гвоздь не дотягивался до шара. Должно быть, ремни растянулись под тяжестью Питера и… и все.
Он похолодел. Ветер рвал волосы, леденил тело под курткой. Шар уносился все выше, бесконечная синь неба словно сгустилась, воздух с трудом вливался в грудь.
«Да ты смеешься».
Питер попытался подтянуться на руке, которой держался за ремень, но ему не хватило сил. Тогда он начал размахивать палкой, в безнадежной попытке зацепить проклятый шар. И, возможно, это ему удалось, а может, какой-то шов оказался недостаточно прочным.
От грохота заложило уши, и Питер камнем полетел вниз.
Он зажмурился, сжался в комок, понимая, что толку от этой сгруппированности будет мало. Но отец учил его правильно падать с раннего детства, движение было рефлекторным. Его крутило, переворачивало, ветер выл, свистел в ушах. Воздух становился ощутимо теплее, земля приближалась… а вместе с ней и смерть.
