Макс сразу отреагировал на поданную вперед ладонь, и Алексей игриво ему подмигнул. Я же пару мгновений изучал большую руку этого «Балагура», прежде чем до меня запоздало дошло, чем же я должен на это ответить.
— Ха, ты забавный, «Евгений Михайлович», — рассмеялся юноша. — Руки безумно холодные. Вроде не зима, а?
Последний вопрос он почему-то задал Максу, словно бы тот был моим врачом и осведомлен о состоянии моего тела.
— Это нормальное состояние, — пробормотал я, резко потеряв голос и желание разговаривать с этими двумя.
«Безумно милый, не правда ли?» — одними губами сказал Алексею Максим, пока я нервно жевал внутреннюю сторону щеки.
Мой сосед по комнате быстро прикрыл собственный рот, когда понял, что я разгадал его нелепое поведение, но ничуть не смутился.
— Кстати, — постарался чуть нормализовать воцарившуюся вокруг атмосферу моей отрешенности Максим, переведя разговор, — а уже некоторые места утвердили? Я думал что в течение этого месяца распределятся все десять тысяч мест…
— Скажу по секрету — около тысячи парней заранее были известны как будущие участники этого проекта.
— Как это похоже на наше правительство, — фыркнул я себе под нос, разбирая вещи из чемодана. — Всего десять процентов из ста? На удивление мало, я бы даже сказал.
— А я думал, что ты только свое имя и можешь говорить, — толкнул меня в бок локтем Алексей, и я подумал о том, что он и правда балагур. — Ладно, парни, с вами весело, но мне еще сотку-другую таких же новичков надо оповестить о том, что в три часа дня будет первый сбор.
Юноша взглянул на часы, что были у него на левой руке, и тут же улыбнулся, встретившись с моим заинтересованным взглядом.
— Словно бы нельзя по-другому об этом сообщить, — фыркнул на это Максим, и я с ним мысленно согласился.
— Так скажем, это мое наказание за некоторую наглость, — юноша обвел указательным и большим пальцами свой подбородок, и, глядя на его счастливое выражение лица, мне сразу расхотелось предполагать, что именно он такого сделал. — Пока, малыши…
— Вот дурак, — высказался Максим, когда того и след простыл, — назвать нас с тобой «малышами». Мы наверняка старшего его.
— Двадцать семь, — кивнул я, устало потирая переносицу.
— Ты такой разговорчивый, — рассмеялся мой сосед, перекатившись к противоположному краю своей постели и спрыгнув на пол. — Пошли, что ли… Скоро три, а я не очень хочу опоздать на пламенную речь нашего будущего начальства.
Тысячи людей. По восемь человек на место — столько нас было после первого отсева, но на наше с Максимом счастье мы увидели лишь маленькую толику из этого числа, потому как нас сразу разделили на группы по профессиям. Именно из-за этого я попал в одну комнату с Максимом, чья фамилия начиналась на ту же букву, что и у меня, а не по той причине, что этот романтик выдумал.
Еще с самого детства я желал попасть в число тех счастливчиков, что посетили первую приближенную по физическим и химическим показателям к нашей планету. Первая высадка на Марс была произведена еще в двадцать первом веке, но по-настоящему важный шаг человечество совершило, начав обустраивать этот космический шар для своего дальнейшего пребывания на его поверхности. Конечно, вышло не без казусов… большинство людей погибло — по разным причинам. И, как я понял, правительство тех лет предполагало нечто такое, потому как нам сообщили об этом как постфактум, спустя пару столетий. Конечно, чтобы совершить нечто поистине масштабное, государствам всех стран пришлось объединиться в неистребимом желании и дальше изучать нашу систему. При сближении планет во время их движения на Марс было отправлено несколько десятков кораблей для изучения, для подготовки территории, чтобы туда уже полетели мы!
Конечно, весть о том, что на ближайшую к Земле — после Луны — орбиту собираются пустить огромный корабль, вмещающий в себя более чем десять тысяч человек, обошла мир за несколько мгновений. И если бы не один маленький факт, то догадки большинства ученых о том, что это «словно настоящее заселение Марса», было суждено свершиться. Но… среди будущих пилотов и ученых с другими различными профессионалами в своей сфере лишь одни мужчины от двадцати двух до двадцати восьми лет.
То, что я просто попал в число восьмерых на одно место, уже огромная победа.
Пока я думал о своем счастье и шансе, что на миллион, высокий мужчина в белом халате гордо рассказывал нашей группе в сто человек о том, что нам безумно повезло. А информацию о том, что наше путешествие займет около трех лет, я и прежде знал, хотя было интересно узнать о том, как именно во время космических полетов стараются использовать орбиты обеих планет для минимизации пути до точки прибытия. Через месяц наступит как раз тот день, когда Марс находится максимально близко к Земле, так что разница между отлетом и посадкой составит всего шестнадцать месяцев, то есть около пятисот дней.
