Вообще-то Сонгён уже ожидала чего-то подобного, еще когда перед свадьбой он признался ей, что разведен и что у него есть ребенок. Сказал, что не видел его с самого развода, поскольку его бывшая проявила на этот счет исключительную твердость, но все-таки Сонгён не думала, что узы, связывающие его с дочерью, окончательно оборваны. Родитель и дитя когда-нибудь, при каких-нибудь обстоятельствах, обязательно найдут друг друга вновь.
Наверное, как раз тогда она и начала готовиться к неизбежному.
— Я… я не думал, что ты так легко согласишься, — скованным голосом произнес Джесон.
Сонгён без лишних слов просто похлопала его по спине.
«Не думай, что мне так уж легко. Но по-другому никак. И я предвидела, к чему все идет».
Где-то в глубине головы копошилось и множество других мыслей, но Сонгён не без усилия подавила их.
Она просто не могла сказать, что ребенка нужно сплавить куда-нибудь еще, особенно когда у него есть отец. По крайней мере, Сонгён была не так воспитана. В голове у нее уже сложился сценарий дальнейшего развития событий, и она уже почти его приняла. Если сейчас от нее что-то и требовалось, так это побыстрей принять его окончательно и приспособиться к нему. Жить с ребенком непросто, но они привыкнут, подумалось ей. На то они и семья.
Стоило принять решение, как Сонгён стала думать, что надо предпринять первым делом.
— Комната на втором этаже — это самое то, как думаешь? Ей там понравится, там всегда солнце. Вещи оттуда можно убрать в кладовку; поставим там кровать и письменный стол. Ах да, и надо обязательно повесить новые занавески, — произнесла Сонгён, размышляя вслух.
Ребенку еще много чего может понадобиться.
Во что прямо сейчас ее переодеть? И чисто ли в той пустой комнате? Может, переклеить обои? Сонгён с головой ушла в размышления о том, что нужно сделать, не откладывая. Стояла, пытаясь привести мысли в порядок, когда Джесон взял ее за руку.
— Наверное, тебе надо с ней поздороваться.
И только тут Сонгён сообразила, что ребенок остался в полном одиночестве на диване в гостиной.
Если они заставят ее ждать слишком долго, Хаён может это неправильно понять и почувствует себя обиженной. Сонгён поспешно кивнула и направилась вслед за ним в гостиную.
Девочка, крепко прижимающая к груди своего грязного плюшевого медведя, все так же сидела на диване, как изваяние.
— Поздоровайся с тетей, Хаён. Теперь мы будем жить тут все вместе, втроем, — сказал Джесон, подходя к ней и обнимая ее за плечи. Девочка, которая не сводила глаз со своего отца, повернулась лицом к Сонгён. Присмотрелась к ней как следует, не как раньше. Глаза ее были полны слез и тревоги.
Наклонившись к ней, Сонгён заглянула ей прямо в глаза.
— Тебя ведь зовут Хаён? Красивое имя. А меня зовут Ли Сонгён. Теперь это и твой дом, — тепло произнесла она.
Хаён, которая не сводила с нее глаз, перевела взгляд на своего отца и пролепетала:
— Папа… спать хочется.
— А-а, ну конечно! Сейчас приготовлю тебе постель, — поспешно вымолвил он, но тут же беспомощно уставился на Сонгён.
— Пусть сегодня поспит у нас, — предложила она, ни секунды не задумываясь. Тем более что положить ребенка в данный момент было все равно пока негде. У девочки наверняка был тяжелый день, так что не стоило укладывать ее в комнате, в которой еще не прибрано, или просто на диване.
Сонгён бросилась в спальню и откинула с заправленной постели одеяло. Девочка, которая вошла вслед за ней, держась за руку отца, без лишних слов забралась под него. Она казалась совсем хрупкой, словно была готова в любую секунду рассыпаться.
— Не отдашь мне своего плюшевого друга?
Сонгён потянулась было к медведю, чтобы забрать его, но Хаён лишь еще крепче обхватила того за шею, бросив на Сонгён сердитый взгляд и явно не собираясь его отдавать.
— Пусть оставит. Она всегда его с собой таскает.
На губах у Сонгён уже возникло слово «но», хотя она лишь сделала глубокий вдох и проглотила его. Ей не хотелось запачкать простыни, но все можно отстирать. Не стоило устраивать с девочкой препирательства из-за какой-то чепухи. Ребенок окончательно вымотался, и сейчас важнее всего было дать ему хорошенько отдохнуть.
— Ну конечно, оставь, если хочется, — с ободряющей улыбкой произнесла Сонгён, подтыкая одеяло.
— Папа, побудь со мной, пока я не засну! — взмолилась Хаён.
Джесон секунду смотрел в глаза Сонгён, а потом кивнул дочери и сказал:
— Не волнуйся. Я буду рядом.
Присев на кровать, он потрепал Хаён по голове. Наконец успокоившись, девочка закрыла глаза. Сонгён оставила обоих в спальне, беспокоясь, что ее присутствие может волновать ребенка, и вернулась обратно в гостиную.
Когда Сонгён уже сидела за столом, составляя список того, что Хаён может понадобиться, и вещей, которые надо срочно купить, а также размышляя о том, как украсить комнату на втором этаже, Джесон вышел из спальни, осторожно прикрыв за собой дверь. Ребенок, должно быть, благополучно заснул.
— Ну что, спит уже? — спросила она.
— Угу, заснула в момент.
— Если ты забрал ее утром, то почему сразу не привез сюда?
