Пока остальные ребята стояли, недоуменно переглядываясь, он сбросил свой рюкзачок и решительно двинулся туда, где змеящаяся по склону промоина, которую обнаружила Хаён, пересекалась с оградой. Дождевая вода и впрямь основательно размыла землю под ней.
— Дайте какую-нибудь палку! — крикнул Кан, и остальные быстро огляделись по сторонам. Сиён подобрал несколько веток и раздал остальным. Кан с Сиёном принялись ворошить ими под оградой. На другой ее стороне оказались только листья, так что достаточно широкий лаз удалось освободить очень быстро и без всяких усилий.
Кан и полез туда первым, головой вперед. Если он, самый крупный из них, пролезет, то и у остальных не будет с этим проблем. На секунду его плечи застряли, зацепившись за край сетки, но он как-то извернулся и без труда оказался на противоположной стороне.
Глядя, как он встает за сеткой, остальные разразились радостными воплями.
— А ты молодчина! Как ты узнала? — удивленно спросил Кан у Хаён, но та лишь молча наблюдала, как другие следуют его примеру.
— Ну давай, — сказала Каюн, когда все мальчики пробрались сквозь лаз. Потянула Хаён за руку к лазу. — Твоя очередь.
— Погодите, мой рюкзак! — крикнул Кан, когда Хаён уже выбралась из-под сетки.
Каюн подобрала брошенный рюкзак, пропихнула его в дыру и сама полезла следом.
Пробравшись в полном составе за ограду, все стали взбираться вверх по склону сопки, хватаясь за ветки и пучки травы. Поднявшись повыше, они наконец выбрались к тропе, что оказалось несложно.
— А куда мы вообще идем? — поинтересовалась Каюн, отдуваясь после подъема.
Кан и Сиён, у которых и возник весь этот план, с ухмылкой переглянулись.
— Скоро увидишь, — последовал ответ.
Не присоединяясь к разговору, Хаён тихонько шла за остальными, стараясь не отставать.
Место, куда вели их Кан и Сиён, располагалось на противоположной стороне от вершины.
Высота сопки составляла сто двадцать пять метров над уровнем моря. Это была совсем маленькая горушка, на которую местные без труда поднимались и утром, и вечером; были здесь маленький родничок с минеральной водой, небольшая беседка и, на самом верху, всякие ступеньки и столики для прыжковых тренировок. Люди, которые жили у подножия сопки, разбили на склоне небольшой огород, где выращивали на зиму салат, перцы, шпинат и прочую зелень.
Там, где часто бывали люди, начали накапливаться горы мусора. Поначалу это были лишь обломки теплиц и деревянные палки, которые использовали огородники; позже к ним добавились и пищевые отбросы. Летом здесь бросали арбузные корки и сваливали испорченные запасы кимчи[19], вызывая вонь и полчища мух.
Бездомные кошки, живущие на природе, стаями рыскали у подножия горы в поисках пропитания. Поначалу их было немного, но потом они расплодились здесь в очень большом количестве. Даже добирались теперь до соседних переулков и копались там в мусорных баках, что создало проблемы для жителей микрорайона.
Кан и Сиён сочли, что бродячие кошки виновны в том, что нарушили границы территории школьного участка природоведения, устроив переполох в птичьих клетках.
Кошки — звери проворные. А бродячие отлично умеют прятаться и готовы моментально удрать при чьем-нибудь появлении. Ребята знали, что у них нет никаких шансов поймать хотя бы одну из этих быстрых и гибких тварей — при том, как те умеют бегать.
— А как мы их поймаем? — спросил кто-то у Кана.
Тот лишь ухмыльнулся и достал из своего рюкзачка черный пластиковый мешок. В мешке оказалась небольшая рыболовная сеть.
— Это еще что? — пренебрежительно бросила Каюн.
— И ты собираешься поймать кошку вот этим? — продолжала она, явно сомневаясь в том, что от этой его домашней заготовки будет хоть какой-то толк. Другие закивали, чувствуя то же самое, хотя и предпочли промолчать.
— А вы, ребятки, смотрели «Звериную ферму»[20] по телику? Как спасатель животных бросает сеть, чтобы поймать кошку? — спросил у всех Кан.
— У него получилось, потому что остальные загнали ее в переулок и перекрыли его, а тут открытое пространство, — возразил кто-то из ребят.
При виде такой реакции Кан обиженно надулся.
— Ну и что вы предлагаете? — поинтересовался он, выпячивая грудь.
Дети просто переглянулись — идей не нашлось ни у кого. Как будто Кан единственный задался целью поймать кошку.
— Нет никаких мыслей, Сиён? — спросил Кан у приятеля, и тот, склонив голову, неуверенно открыл свой рюкзачок.
— Как насчет этого? — спросил он, доставая оттуда рогатку — простецкую деревянную рогульку с привязанной к ней желтой резиновой лентой. Посредине к резинке был приделан прямоугольный кусочек кожи, в который закладывался снаряд. Оглядев своих сотоварищей, Сиён подобрал камешек размером с фасолину, чтобы устроить наглядную демонстрацию. Камешек промелькнул так быстро и улетел так далеко, что никто не успел уследить за ним взглядом.
— Ого! Круто! — загомонила ребятня, а Кан еще больше помрачнел. Сиён, который не был уверен, что от его драгоценной рогатки будет какой-то толк, с гордым видом пожал плечами.
