Я-то не против, но вот только как мама на это всё отреагирует? Мы в последнее время с ней так мало видимся, разговариваем лишь по телефону, обмениваясь дежурными фразами и вопросами, о самочувствии друг друга. Но я знаю, что она вчера вернулась домой из командировки, и начальник ей дал отпуск на две недели, чтобы потом она с новыми силами приступила к своим обязанностям на новой должности.
Что ж, придётся мне маме сегодня всё рассказать, чтобы вся эта история для неё не стала сюрпризом завтра.
Мы с Белинским подъезжаем к моему дому, он снова, как галантный кавалер помогает мне выйти из машины, вручает мне шикарный букет цветов, купленный по дороге. А затем провожает к подъезду.
— Спокойной ночи, солнце, — он сначала целует меня в кончик носа, словно маленькую девочку, а потом в губы. — Я люблю тебя! — тихо шепчет он мне на ухо и от этих слов становится так тепло на душе.
— Спокойной ночи, — шепчу я в ответ, — я тоже тебя люблю!
Мы ещё немного стоим с ним и просто смотрим, друг на друга, и лишь потом я ухожу в подъезд. Хотя признаюсь, хочется вернуться и утонуть в объятиях любимого.
— Мама? — удивляюсь я, увидев маму в прихожей.
— И кто это нас провожал? — не скрывая улыбки, интересуется она.
— Это Роман Аркадьевич, — начинаю глупо оправдываться я, мой начальник.
— А начальник ли? — продолжает мама пытать меня с улыбкой. — И давно начальники такие букеты дарят и до подъезда провожают, я уж про поцелуй молчу.
— Ты что, всё видела? — в ужасе осознаю я, что видеть это могла не только мама, но и соседи.
— Ладно, — мама берёт у меня цветы, — мой руки и иди ужинать, а я пока цветы в воду поставлю.
И вот я уже сижу на кухне и за обе щёки уплетаю мамину еду. Всё-таки, где бы я не была, какие бы изысканные блюда я не ела, но ни одно из них не может быть так приготовлено, как у мамы. Будь то, даже банальная манная каша.
— И давно это у вас? — интересуется мама, когда я уже пью чай.
— Нет, не давно. Мама, — решаюсь я выдать главную тайну, — он мне предложение сделал! — сообщаю я и показываю ей руку, на которой красуется подаренное колечко.
— А не слишком быстро всё у вас развивается? — спрашивает мама.
— Не знаю, — глупо жму плечами, ведь сама понимаю, что мама права.
— Ты сама-то его любишь? — продолжает допрос мамуля.
— Люблю, — честно признаюсь я. — Но всё равно как-то тревожно.
— Почему? Он обидел тебя чем-то?
— Нет, он ухаживает за мной. Цветы, подарки дарит. Говорит, что любит, ни в чём не торопит.
— Тогда в чём дело? Почему ты боишься? — не понимает она.
— Не знаю, мам, — я жалобно смотрю на неё, словно она должна знать причину моих страхов и сомнений. — Может просто потому, что я никогда никого не любила, и никто не любил меня. Никто за мной не ухаживал, и я просто не знаю, как должно всё происходить?! — задала я вопросы не то маме, не то самой себе.
— Что по мне доченька, так у вас всё слишком быстро происходит, но слушать ты должна только своё сердце! — мама обняла меня. — Только ты вправе решать свою судьбу, а права ты или нет, только время покажет!
— Я боюсь ошибиться, боюсь страдать, — честно признаюсь я. — Боюсь обжечься!
— Доченька моя, — мамуля заботливо гладит меня по голове, — без этого никак нельзя. Будут и слёзы и разочарования. И ошибки будут, это жизнь. И поверь, мне первой хочется уберечь тебя от всего этого. Но, к сожалению это не возможно.
— Поэтому сейчас слушай своё сердце, — мамуля заботливо поцеловала меня в макушку, — а права ты или нет, только время покажет!
Я понимала, что мама права. Что сейчас никто не сможет мне сказать, правильно я поступаю или нет. Но выбор я должна сделать сама.
Я люблю Романа, и это моя первая настоящая любовь. Любит ли он меня, я не знаю. Но сейчас мне с ним хорошо, легко и уютно. Я благодарна ему за то, что он с пониманием относится к моим страхам и желаниям. Благодарна за его терпение.
Я не спала всю ночь, всё время думала о предложении Белинского. И к утру приняла решение, как мне сейчас кажется правильное решение.
Утром, несмотря на бессонную ночь, я встала довольно рано. Приняла душ, сама приготовила нам с мамой завтрак. Потом стала собираться на работу. Мне не терпелось увидеть Рому. Прошло всего несколько часов, а я уже скучаю.
Но вот заветное время настало, я вышла из подъезда, собираясь идти на работу, но меня уже ждал Роман.
— Доброе утро, родная! — поприветствовал он меня, едва я вышла из подъезда.
— Рома? — удивилась я.
— Я по тебе очень скучал, — прошептал он мне на ухо. — Жду не дождусь, когда мы будем жить вместе, и мне не нужно будет никуда тебя отпускать.
Он обнял меня и нежно прижал к себе, а потом стал целовать.
— Рома, давай не здесь, — засмущалась я. — Соседи могут увидеть.
— Ну и что, пусть смотрят, ты практически моя жена, — не унимается Белинский, продолжая меня целовать. — Моя и только моя!
Да и действительно, пусть смотрят. Почему я должна скрываться от них. Я ничего такого не делаю. Я сейчас так счастлива, что мне кричать об этом хочется. И я отбрасываю все страхи и предрассудки и тоже начинаю его целовать.