«Когда вы день за днем, год за годом бултыхаетесь в этой унылой давящей клоаке, которую только подчеркивает серость домов и улиц вашего городка — нет ничего странного, что ваши мысли то и дело уходят куда-то в запретные дали.Ну, а конкретно сегодня у меня есть дополнительный повод поразмышлять о ненужности своей жизни…»
Вам когда-нибудь хотелось умереть? Так себе ощущение, да? Я всегда считал самоубийц трусами и слабаками, это ведь проще — забить на все и вся, и выйти из игры. Я не трус, я буду тащить свою убогую тушку дальше по жизни, но это не отменяет подспудных желаний, верно?
К такому состоянию каждый приходит своими путями. Кто-то по глупости, кто-то из любопытства, кто-то под веществами, кто-то просто устает от творящегося вокруг говна. Я — как раз последний случай. Не буду изливать душу, вы и так, наверное, знаете, как это бывает во всяких среднестатистических Залупинсках. Если коротко, то единственный человек, для которого я хоть что-то значил, мой отец, умер много лет назад. Я смутно его помню, и эти воспоминания никак не помогают мне в тошнотворной серой каше моей жизни. Для всех остальных я просто пустое место, а то и досадная помеха.
Пустое место, в основном, для соседей и «друзей» из ПТУ. Нет, мы здороваемся, общаемся. Обсуждаем какие-то повседневные темы. Но если меня размажет по асфальту слетевшая с тормозов фура — я стану гораздо интереснее для всех. Если просто исчезну, то этого даже не заметят, скорее всего.
Помеха я для матушки и отчима, потому что меня надо кормить, одевать и выполнять еще какие-то телодвижения, чтобы хотя бы внешне поддерживать видимость «нормальной» семьи. Хотя матери откровенно по хер на мое существование, а отчим неоднократно давал понять что после 18 лет я получу пинка под зад и вылечу из дома под забор. Пинок под зад, кстати, это не фигура речи, а вполне себе буквальное обещание, бить отчим умеет и любит. По любому поводу, а иногда и без.
В общем, неудивительно, наверное, что я так начал свой рассказ, да? Когда вы день за днем, год за годом бултыхаетесь в этой унылой давящей клоаке, которую только подчеркивает серость домов и улиц вашего городка — нет ничего странного, что ваши мысли то и дело уходят куда-то в запретные дали.
Ну, а конкретно сегодня у меня есть дополнительный повод поразмышлять о ненужности своей жизни. Ах да, совсем забыл сказать — я закладчик. Ну, это такие ребята, которые раскидывают дозы наркоты по укромным нычкам, чтобы потом их оттуда достали очередные самоубийцы. Можете кидать в меня говном, мне по херу. Если человек самостоятельно и добровольно берет в руки это дерьмо с целью убить себя ненадолго — туда ему и дорога. Мне просто нужны деньги, а других способов заработать их в нашей дыре почти нет даже у взрослого населения, что уж говорить о шпане, вроде меня.
Ну так вот, про особый повод. Сегодня, когда я в который раз шел по маршруту, меня пропалил патруль. Ну, или мне так показалось, хер его знает. В такие моменты у вас нервы натянуты до предела и нет желания уточнять, за вами направились те двое ребят в форме или просто решили ноги размять. Может быть, бегать от полиции и не лучшая идея, но в этот раз я оказался шустрее, затерялся в хорошо знакомых мне дворах и успешно свалил. Казалось бы все отлично, живи и радуйся, вряд ли они мою рожу успели рассмотреть. Но вот то, что по дороге я успел избавиться от всего груза — это уже серьезный косяк. Это означает, что я встрял на немалую сумму Заике, от которого я груз и получил. Очень немалую сумму. Мне такой в жизни не заработать. Хоть я и не знаю, куда там дальше ведут ниточки, однако слухи ходят разные. Если верить им, за подобный косяк шпану вроде меня легко могут кончить просто в назидание остальным. Потому что груз имеет немалую цену, а жизнь шпаны нет.
Поэтому я иду сейчас в потемках через лесок, отделяющий мой пригородный микрорайон от окраин города, и мысли мои крутятся вокруг одного — самому все сделать или ждать, пока кто-то это сделает за меня? Под ногами поскрипывает утоптанный снег, по этой тропинке народ ходит частенько. Справа тянутся трубы теплотрассы, а слева темный массив пригородного леса, клин которого я сейчас и пересекаю. Лес вроде бы и не дикий, весь изрезан вдоль и поперек хожеными тропинками, но и парком его не назовешь. Есть куски довольно глухие.
Я почти дошел до выхода из леса, с перекрестка троп, на котором я остановился, уже были видны окна моей панельки. Но одна мысль о почти наверняка бухой мамочке и стопроцентно бухом отчиме заставила мои ноги повернуть на тропу вглубь лесного массива. Интересно, если я замерзну на хер где-нибудь там, как быстро это хоть кто-то заметит? Смешно, но первым, кто забьет тревогу и начнет поиски, будет, скорее всего, Заика.
Я невольно кашлянул сухим смешком, изо рта вырвалось облачко пара. Мороз сегодня под тридцатку, наверное. Одна тропка сменяла другую, темнота сгустилась вокруг, высокие сосны и мохнатые ели таинственно поскрипывали. Во всем окружающем меня гадюшнике этот лес, пожалуй, был единственным светлым пятном. Его пока еще не успели толком засрать. Ну, не успели засрать полностью, хотя бы. Хлам, банки, бутылки и прочее все же попадались то там то сям, но чем дальше в глубь лесного массива, тем меньше. Да и снег сейчас укрывал следы цивилизации чистым белым одеялом.
