Для поклонниц «Пятидесяти оттенков серого».Тот, кого я считала своим ласковым мальчиком, оказался безжалостным убийцей. Из-за его охоты за драгоценными камнями мафия висит у нас на хвосте. Мой любимый мужчина с лёгкостью рискует не только своей, но и моей жизнью. Сердце разрывается на части, но могу ли я позволить себе хождение по краю? Ведь теперь от каждого решения зависит не только моя жизнь…
© Ирэн Анжели, 2025
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025
Я проснулся от пристального взгляда. Кому-то может показаться жутковатым, но мне нравилось такое пробуждение. Первое, что я видел по утрам, – взгляд моей женщины, полный любви. Разве не прекрасно? Послушная девочка знает, что нельзя меня трогать, когда я сплю, а вот насчет взглядов правила не было. Изнемогая от вожделения, она пользовалась лазейкой, чтобы не ждать моего пробуждения.
Я потягиваюсь, переворачиваюсь на бок и смотрю ей в глаза. Утренний ритуал начался: «кто кого». Я не собираюсь сдаваться. Пусть сегодня она сделает первый шаг. Но женщины – создания коварные. Одно неуловимое движение, и из-под одеяла появляется хрупкое плечико. Такое нежное и беззащитное, что губы сами тянутся поцеловать его. Но я держусь.
Тогда она продолжает стаскивать с себя одеяло, медленно, по миллиметру обнажая упругую грудь. Завороженно наблюдая, как ткань ползет вниз, чувствую, как нечто другое синхронно поднимается. Долго не продержусь.
Одеяло опускается еще ниже, показывается манящий, направленный соблазнить меня твердый сосок.
А вот ты и прокололась, девочка. Твое тело поведало мне, как сильно ты возбуждена. Мы еще посмотрим, кто кого. Но в ход идет запрещенный прием. Моя обольстительница делает глубокий вдох, и ее грудь вздрагивает перед моим лицом.
Я не выдерживаю. Хватаю губами маленький сосок. Чуть прикусываю, наказывая ее за коварство. Она стонет, выпуская острые коготки, которые предупредительно впиваются в мою спину.
Я поднимаюсь выше, чтобы легкими, почти эфемерными поцелуями покрыть острое плечико. Моя нежность не находит должного отклика. Малышка фыркает, словно строптивая кошечка.
Ах, все-таки хочешь пожестче? Начинаю покусывать только что обцелованную кожу и слышу стон одобрения в ответ. Наманикюренные коготки вновь впиваются в мою спину
Скрипя зубами, одной рукой зажимаю ее тонкие руки, а второй в это время раздвигаю ее колени. Теперь ты вся в моей власти. Рывком вхожу в нее. Она стонет. Начинаю двигаться быстро и настойчиво. Знаю, ей это нравится. И по тональности стонов понимаю: пик уже скоро.
Чуть ослабляю хватку, и в то же мгновение две тонкие ручки, выпущенные на свободу, поднимаются и падают на мою спину. Но я уже не чувствую боли. Все мои ощущения сосредоточены на скорой разрядке. Она наступает. Оглушительная и неминуемая. Сражающая нас наповал.
Лежим на мятой постели, медленно приходя в себя. Мурашки бегут по руке. Еще недавно жестокие ноготки теперь любовно рисуют тонкий узор на моей коже. Приятное послевкусие страсти переполняет. Тянусь к чуть припухшим от неистовых поцелуев губам, чтобы продлить ощущение счастья. Звонит телефон.
– Не бери трубку.
– Но я должен, – говорю с ощущением дежавю.
Выслушиваю собеседника и, согласившись, заканчиваю разговор.
– Надо ехать? – угадывает она.
– Угу, – недовольно мычу в ответ.
У меня на сегодня были совсем другие планы, но выбора нет. Иду в душ, а когда выхожу, на кровати уже лежит одежда. Я сам не выбрал бы лучше. Ловлю свою малышку и благодарно целую в губы. Недолго, боясь разжечь тлеющие угли страсти.
Торопливо одеваюсь. Она помогает застегнуть браслет часов «Патек Филипп» на моем запястье, приглаживает мне волосы. Стараюсь не смотреть на нее, чтобы не передумать. Мне действительно пора ехать.
Подхожу к сейфу, набираю комбинацию и достаю пистолет. Проверяю обойму. В этот момент ее руки обнимают меня. Даже сквозь костюм чувствую жар женского тела, прижавшегося к моей спине.
– Будь осторожен, – долетает до меня шелестящая, подрагивающая мольба.
– Всегда, – отзываюсь я.
Убрав нежные ручки от своей груди, целую их и поспешно выхожу из комнаты, не оглядываясь.
Просыпаюсь от аромата кофе, заполнившего спальню. Начинаю улыбаться, еще даже не открыв глаза. Затем, не выдержав, подглядываю. Любопытно, что сегодня у нас на завтрак.
Серебряный поднос на прикроватном столике весь заставлен едой. В крошечной чашечке из тонкого фарфора тот самый разбудивший меня кофе. Рядом, на тарелке из того же сервиза, манит золотистый хрустящий круассан. А в хрустальной вазочке мои любимые ягоды: сверкает глазированная клубника, доносят лесные ароматы малина и ежевика, а из-под них проглядывает крупная, словно запотевшая голубика. Все как я люблю.
Но где же создатель этого великолепия? А вот и он. Заходит в комнату при полном параде. Как всегда безукоризненный, как будто на часах не восемь утра. Уже собран, готов своей красотой сводить окружающих с ума.
Значит, завтрак был не просто так. Он уезжает и таким образом пытается утешить меня. Настроение мгновенно портится, когда догадываюсь, что он оставит меня одну. Пытаюсь удержаться от резких высказываний, напоминая себе, что он не обязан сидеть у моей юбки.
– Давай помогу, – подзываю, видя, как он мучается, пытаясь застегнуть запонки.