– В больницу. Вы потеряли сознание. Давно следовало показать вас врачу, – сокрушалась Мина.
– Со мной все хорошо. Не надо в больницу, – попросила я, но меня не послушались.
И тут на меня накатил дикий страх. Я вдруг сопоставила симптомы и вспомнила свою знакомую Татьяну. После окончания института она уехала зимовать на Бали. Мы все тогда ей страшно завидовали. Вернулась Танюшка загорелая до черноты и очень похудевшая. А потом мы узнали, что у Тани рак. Как сказали врачи, болезнь быстро прогрессировала на южном солнце. В конце лета мы похоронили нашу Таню. Я с ужасом припомнила, что рассказывала Танюшка о своем состоянии. Как же это похоже на то, что сейчас происходит со мной.
Я не хотела умирать. Я не была готова. Черт бы тебя побрал, Дэмиан! Это из-за тебя я теперь умираю на другом конце земли, вдали от друзей и близких.
Слезы уже готовы были хлынуть из глаз, но я постаралась сдержаться. Незачем еще больше нервировать несчастных Мину и Рама.
В клинике возникли сложности, связанные с языковым барьером. Доктор-то хорошо говорил на английском, а моих знаний языка лишь с трудом хватило, чтобы описать все свои симптомы. Медицинские термины, которыми он сыпал в ответ, я уже не могла разобрать. Потому за каждым непонятным словом мне мерещился летальный исход. Голова опять закружилась.
– Вам нехорошо? – заметил мое состояние врач. – Давайте померяем давление?
Я покорно протянула руку.
– Низковато. Что вы сегодня ели?
– Ничего. Я не успела поесть. Да и аппетита давно нет, – пришлось признаться мне.
Доктор, нахмурившись, что-то записывал.
– Что со мной? Я умираю? – прошептала я, еле живая от страха.
– Зачем сразу предполагать худшее? К сожалению, без обследований я не могу поставить точный диагноз. Сейчас сделаем МРТ головного мозга, УЗИ внутренних органов и сдадите все анализы. Хорошо, что вы приехали натощак. Результаты будут завтра.
– Как – завтра? – забеспокоилась я, предчувствуя сутки, что сведут меня с ума.
– Могу оставить вас в клинике, пока не поймем, что с вами, – предложил врач, по-своему трактовавший мое беспокойство.
– Нет, нет, – тут же отказалась я. – Мы лучше завтра приедем.
Как я и предполагала, день я провела в смятении. Села даже писать завещание, но поняла, что мне толком нечего передавать по наследству. Сегодня особо остро хотелось пообщаться с родными, но телефон у меня изъяли еще в России, объяснив это требованиями безопасности. И вот теперь я даже попрощаться ни с кем не могла.
Прорыдав всю ночь, ранним утром я уже уговаривала Рама срочно ехать в клинику.
– Ну что там, доктор?! – заорала я вместо «здрасте», залетев в кабинет.
– Присаживайтесь, – указал он мне на стул, устало снимая очки.
Я покорно села, потому что ноги совсем не держали. Я уже готова была услышать страшный диагноз, но то, что дальше сказал мне врач, я и представить себе не могла.
– Поздравляю, вы беременны!
В шоке вывалившись в коридор, я почему-то не сказала о своем интересном положении Мине с Рамом. Только сообщила, что со мной все в порядке, просто климат не подходит. Мне надо было сначала самой все обдумать.
Предохранение – это, конечно, последнее, о чем мы думали той ночью с Дэмианом, и тем не менее известие о будущем ребенке застало меня врасплох. Естественно, и речи не шло о том, чтобы прервать беременность, но это все было ох как некстати.
Токсикоз с каждым днем только усиливался. Мне было так плохо, что я сутками рыдала и боялась потерять ребенка. Помучившись так еще дня три, приняла твердое решение – бежать. Прочь с этого острова, из этой комфортабельной тюрьмы. Мне необходимо нормальное медицинское обслуживание, привычный климат и близкие люди рядом. Дэм наверняка просто перестраховывается. Прошло достаточно времени. Никто нас не ищет. Те бандиты уже не сунутся, да и я теперь буду крайне осторожна.
После принятого решения мне стало гораздо легче. Собрав все силы, я принялась прорабатывать план побега. С билетами решила разобраться позже. Сначала надо было выйти с охраняемой территории. Уходить решила по морю. Так как пловчиха я была та еще, то для подстраховки раскопала надувной детский круг в кладовке. В полиэтиленовый пакет сложила паспорт и заветную карту Дэмиана, которую я тут так и не использовала, потому что за периметр выезжала лишь дважды, и то только в клинику. Подготовку начала с самого утра, потому что понятия не имела, сколько времени займет мой заплыв.
Сначала все шло хорошо. Я бодро гребла вдоль скал. Вот только до мыса было по-прежнему далеко, а течение стало сносить меня к камням, опасно торчащим из-под воды. Испугавшись, я повернула назад. Еле доплыла до берега и потом еще долго пыталась восстановить дыхание, лежа на песке.
План Б у меня тоже имелся. Отдышавшись, я вернулась в бунгало, переоделась и, прихватив рюкзачок с вещами, вернулась на пляж. Когда мы ездили в больницу, я заметила, что забор последней виллы немного выдается за охраняемую территорию. Если мне удастся проникнуть во двор этого дома и там не окажется видеонаблюдения, то я смогу вырваться на свободу.
