Он рассеянно оглядел витрины. С красотками из «Луны» всегда было просто. Подошел к прилавку, ткнул в ближайшее – и все довольны, а больше всех он сам, поскольку не пришлось два часа пересматривать сверкающие безделушки.
Но сейчас все складывалось немного по-иному. Бьянка не была одной из «красоток», даже несмотря на то, что и не была невинной. И в Бьянке ее детское упрямство и горячность породили такой несгибаемый стержень, что Рой почти представил себе, как ему в морду летит бархатный чехол с украшением, сопровождаемый указанием, куда его применить и засунуть.
Вздохнув, он уставился на череду колье. Рубины, сапфиры, изумруды. Выглядело дорого. Наверное, любая женщина растает от такого подарка… Любая безликая женщина, такая же, как и все эти украшения. Но не Бьянка.
– Мне хочется что-нибудь… особенное, – нерешительно сказал он.
– Понимаю, – подхватил Лурье, – бриллианты?
– Не обязательно. Но…
Рассеянно мазнув взглядом по соседней витрине, Рой шагнул туда. Ему показалось, что он нашел именно то, что нужно, и то, что подойдет именно Бьянке.
Это был кулон в форме нераскрывшегося бутона розы из белого золота. Плотно подогнанные друг к другу лепестки сверкали мелкими бриллиантами, так что создавалось впечатление, что роза покрыта мельчайшими капельками росы. Маленькую веточку и острые листья у венчика украшали изумруды. А в петельку кулона была продета ажурная цепочка.
Рой поднял глаза от кулона и встретил непроницаемый взгляд Лурье.
– Показать ближе? – вежливо осведомился тот и, не дожидаясь ответа, открыл ключиком витрину. – Должен сказать, мне нравится ваш выбор. Необычная вещица. Ее, правда, почему-то обходят стороной, ну, знаете, мамочки берут своим дочерям что-нибудь с жемчугом или что-нибудь подешевле. Считается, что жемчуг к лицу юным девушкам…
Кулон приятной тяжестью лег на ладонь, и Рой невольно залюбовался игрой света в камнях. А заодно представил, как сам застегнет цепочку на тонкой белой шее жены. У нее ведь очень нежная кожа и мягкие, совершенно шелковые волосы, жемчужные пряди так и хочется пропускать меж пальцев и вдыхать ее запах, почему-то пробуждающий воспоминания о заснеженных горных вершинах.
Потом он вспомнил, что всю эту красоту измял, раскрошил и растоптал узурпатор Ксеон. И Бьянка… как она тогда держалась после всего этого? Да и он сам – как мог позволить… Даже ради той важной цели, которую они преследовали. Но тогда… все это не представлялось ему важным, тогда Бьянка была всего лишь одной из многих. А теперь почему-то, сделав крошечный шажок, вышла из безликой череды «просто людей» и стала чем-то иным. Чем именно, Рой пока не понимал. Но кувшин холодной воды на голову в первую брачную ночь – о, это было свежо и оригинально.
– Да, я беру его, – решительно сказал Рой, усилием воли изгоняя из головы все мысли.
Он помирится с Бьянкой, и у них все будет хорошо.
И он заставит ее забыть и о Ксеоне, и о Шико, и обо всех-всех-всех. Всего-то надо поговорить. Чтобы она услышала.
Пока ювелир упаковывал розу в несколько коробочек, Рой нетерпеливо мерил шагами салон. Надо было… торопиться домой, потому что там Бьянка в подвале, и никто ее не выпустит. Еще не хватало, чтобы горячая и скорая на выводы девчонка учудила что-нибудь.
Рой непроизвольно нащупал сквозь рубашку артефакт Льер, в который раз подумал, что наверняка зря его вот так носит и что надо бы выписать из Ависии еще одного артефактора, который бы смог провести экспертизу и, наконец, доказать или опровергнуть вину королевы во всех этих убийствах…
Звякнул колокольчик, предупреждая о новом посетителе. Лурье лишь стрельнул взглядом в направлении двери и, хмыкнув, отвернулся.
В салон вошел неприметный парнишка, совсем еще молодой.
Ясное дело, такой вряд ли купит что стоящее.
Парнишка осмотрелся и вдруг направился к Рою. В его руках появился небольшой сверток, в котором могла поместиться книга.
Он посмотрел на Роя задумчиво, затем поинтересовался:
– Простите, вы – лорд Сандор?
– Я. А вы кто?
– Неважно. – Паренек мотнул головой, отбрасывая жиденькие волосы со лба. – Вот, это передала ее величество. Подарок вам.
Рой покосился на Лурье, но тот, хоть и слышал все, и бровью не повел.
– Благодарю, – Рой взял сверток.
Бумага была шершавой и теплой, как будто что-то подогревало ее изнутри. Парень кивнул и, повернувшись, быстро вышел.
Рой в недоумении покрутил в руках перевязанный алой лентой пакет. И что там могло быть? Еще раз покосился на Лурье – тот, стоя у кассы, был погружен в процедуру упаковки. Ну и ладно. Можно ведь заглянуть, что там за подарок такой. А вдруг что ценное для расследования?
Он решительно потянул за край ленты, развязывая узел.
Бумага под пальцами призывно шелестела.
