Рой смерил Шарлин насмешливым взглядом.
– Но вам, Шарлин, совершенно нечего опасаться. Все три девушки были блондинками.
– Мне, знаете ли, от этого не легче, – голос женщины зазвенел обидой, – я боюсь, что однажды он придет за мной. Меня-то никто не охраняет.
– Для того, чтобы с вами ничего не случилось, достаточно не выходить из дому после наступления темноты и не запирать изнутри дверь, когда работаете. – Рой чуть сильнее сжал пальцы Бьянки, и она невольно ответила на пожатие. – Ну и потом, три блондинки. У нашего ненормального друга явно есть предпочтения…
– Интересно, чем это объяснить, – пробормотала Бьянка, – он ненавидит блондинок?
– Возможно, когда-то одна из них жестоко его отвергла, – высказала предположение Шарлин.
– Возможно, тут в другом дело, – серьезно сказал Рой и умолк, о чем-то глубоко задумавшись.
Шарлин посмотрела на Бьянку и слабо улыбнулась.
– Не сердитесь, леди Эверси. Возможно, лорд Сандор до сих пор не счел нужным объяснить вам, что нас ждет в деревне.
– Я догадываюсь, – мрачно ответила Бьянка, – но ничего не имею против. В конце концов, лорд Сандор старше меня, и у него не могло не быть личной жизни.
– Хорошо, что ты это понимаешь, дорогая, – вклинился Рой.
Бьянка попыталась выдернуть руку, но его пальцы мгновенно обрели твердость железа.
Шарлин понимающе кивнула.
– У нас нет общих детей, леди Эверси. Это только моя дочь, но лорд Сандор был так добр, что оформил опекунство над ней и оплачивает кормилицу.
Казалось бы, так мало слов – а с сердца словно камень свалился.
Бьянка глубоко вздохнула и посмотрела на сидящего рядом мужа. Тот едва заметно улыбнулся, уголком губ, но так, что Бьянке захотелось сию же минуту его поцеловать. Наплевав на приличия и в присутствии бывшей любовницы.
– Моему мужу, видимо, очень нравится выглядеть загадочным и таинственным в моих глазах, – тихо сказала она. – Я ничего не знала ни об опекунстве, ни о вашей дочери.
– Ну, должен же столь неотесанный мужлан вроде меня чем-то заинтересовать жену, – хмыкнул Рой.
– Я подозреваю, что у вас и без того достаточно тайн и загадок для меня.
– О, вы даже не представляете, сколько, – добавила Шарлин.
После этого они почти не разговаривали, перебрасываясь ничего не значащими фразами, но напряжение спало, и атмосфера в карете сделалась почти дружеской.
Бьянка, выглядывая в окно, позволила себе рассматривать места, мимо которых бодро катился их экипаж. Они выехали за город, последние низкие домики под черепичными крышами остались позади. Вперед стелилась широкая дорога, виляя меж изумрудных холмов, поросших лесом. По ярко-синему небу медленно плыли нежные, как будто акварелью набросанные облачка. Солнце жарко светило почти в зените.
«Ну надо же, – с внезапной тоской подумала она, – а ведь мы никогда и никуда не выезжали с папенькой и маменькой! А оказывается, кроме столицы есть куча замечательных мест, которые интересно увидеть!»
Рой как будто угадал ее мысли. Склонился к ней, щекоча дыханием шею, прихватил губами мочку уха.
– Я знаю много занятных мест. Ты когда-нибудь была на южных островах нашего архипелага?
Бьянка, замирая от дразнящих прикосновений, лишь головой качнула.
Нет, увы. Нигде она не была, кроме пансиона благородных девиц.
– Когда поймаю убийцу, обязательно тебя туда отвезу. Поедем морем, устроим себе круиз.
И поцеловал в шею, не спеша и нимало не смущаясь присутствия Шарлин.
В ответ по телу разлилось привычное уже тепло. И слабость, предательская и одновременно умопомрачительно сладкая.
– Это правда, что по морю плавают механоиды? – одними губами произнесла Бьянка.
– Конечно, правда, – Рой отстранился, – у них такая конструкция, что они не могут нырнуть, даже если захотят. Только и могут, что лопасти вращать.
– Я никогда не была за пределами столицы, – призналась девушка.
– Отчего же ваши родители не путешествовали с вами? – поразилась Шарлин.
– Да они и сами не путешествовали, – сказала Бьянка, покопавшись в памяти и поняв, что с самого раннего детства не может припомнить не одного случая, чтобы папенька и маменька куда-либо уезжали, за исключением бала.
Шарлин усмехнулась.
– Странные люди. Если бы я могла, то непременно бы объездила архипелаг. А еще бы подалась в Ависию. Буквально вчера один парень рассказывал мне, что в Ависии по улицам ездят особые механоиды, которые не требуют лациума для своей работы. А еще он сказал мне, что все это – изобретение принцессы Льер… Теперь уже королевы Льер.
– Умнейшая женщина, – согласился Рой, – иной раз мне кажется, что это даже плохо. Женщина не должна думать столько, сколько думает наша королева.
– Это почему же? – Бьянка подозрительно взглянула на него.
В темных глазах Сандора сверкали, переливались смешинки.
– Потому что от многих знаний многие печали, – он смотрел на нее так, словно они были совершенно одни, – а мне бы хотелось, чтобы моя женщина была почаще веселой и не забивала себе голову придуманной чепухой.
Бьянка насупилась. Ну вот, снова смеется над ней. Вот что он хотел сказать? Что любит дурочек? Таких, как Бьянка Эверси?
– И что же вы считаете чепухой? – глухо спросила она.
