– Да, вполне. – Конечно, доволен он не был, но понимал, что Томи не намерен больше тратить на него время. В мире Томи время – это деньги, а пустопорожними разговорами о клиенте десятилетней давности, который к тому же давно отдыхает в тюрьме, новых денег не заработаешь. К тому же главное Дэн действительно уже выяснил.
Томи здорово напортачил, защищая Герхардта в суде.
Вернувшись в дом Трейси, Дэн устроил сначала хорошую пробежку, затем принял душ и на остаток дня засел за материалы по делу Бет Стинсон. В пять позвонила Трейси, сказала, что вернется домой пораньше, затем, в половине шестого, она позвонила еще раз и сказала, что задерживается.
Дэн наскреб кое-какой салат на гарнир к куриным грудкам, которые замариновал в соевом соусе, – ничего другого в холодильнике у Трейси не обнаружилось. Услышав, как открывается дверь гаража, он поставил грудки в духовку. Таймер на плите показывал 6:33. Когда щелкнул замок на входной двери, он прижался к стене, высунул из-за косяка руку с белым полотенцем, и, помахав им, крикнул:
– Эй, можно выходить?
Она засмеялась. Он высунул из-за косяка голову. Несмотря на улыбку, вид у нее был такой же усталый, как и голос, когда она говорила с ним по телефону. Она поставила свой портфель, перекинула через спинку стула пальто. Дэн поцеловал ее.
– Хочешь бокал вина?
– Лучше не надо, – ответила она. – А то я точно засну.
– Еда будет готова через двадцать минут. Так что у тебя еще есть время на душ.
– Спасибо. А то я, наверное, воняю. Ну а ты как провел выходной?
– Выходной? Хорош выходной. Но это может подождать. Иди принимай душ.
Но она уже впилась в него глазами.
– Ты хочешь мне что-то рассказать. Я же вижу.
– Да, но я еще не решил, рассказать тебе все или частично.
– Бет Стинсон?
– Я говорил с Джо Энн Андерсон сегодня утром.
– Да?
– А потом я говорил с государственным защитником Уэйна Герхардта.
– И?
– Слушай, а что, если тебе начнут задавать вопросы – Ноласко или кто-нибудь другой? Может, тебе лучше и не знать подробностей.
Она оперлась спиной о разделочный стол. Конечно, забота Дэна ее трогала, но в настоящий момент ее расследование продвигалось совсем медленно, и если получить улики, которые придали бы ему новый импульс, можно только ценой крупных неприятностей, нажитых из-за копания в материалах старого дела, – что ж, так тому и быть.
– Я говорила сегодня с психологом из ФБР, – начала Трейси. – Она сказала, что наш преступник убивает женщин так, как другие люди играют в гольф – с каждым ударом все больше оттачивает технику. То есть в первый раз у него могло не все получиться. И этим, вполне вероятно, объясняется разница между тем, как была связана Стинсон и другие танцовщицы.
Дэн, казалось, задумался. Затем он рассказал:
– Андерсон близорука. Без очков она и тротуар у своего дома толком не разглядит. Я спросил ее, была ли она в очках в ту ночь, когда убили Стинсон. Она сказала, что не знает точно. Говорит, что, наверное, была, потому что без них она, наверное, не увидела бы Герхардта. По-моему, она его и не видела, и вообще вряд ли бы узнала его, если бы даже он был там. Прошлой ночью я специально подъехал к ее дому, чтобы посмотреть, что она примерно тогда видела. Так вот, темнота там такая, хоть глаз выколи – на улице ни одного фонаря, только подсветка кое-где на газонах. И на фасаде дома Стинсон тоже ни фонаря, ни лампочки.
– Девять лет назад все могло быть иначе.
Дэн покачал головой.
– В деле есть несколько снимков фасада дома. Кроме того, со временем люди обычно добавляют фонари, а не снимают.
– Так как же Андерсон опознала Герхардта? – спросила Трейси.
– А она его и не опознавала сначала. Она сразу сказала Ноласко и его напарнику, что не уверена в том, что видела, и что ей показалось, будто она видела мужчину, но брать на совесть осуждение невиновного она не хочет.
– Но потом она показала под присягой, что видела Герхардта.
– Да, а перед этим она выбрала его из группы людей на процедуре опознания в полиции, что, в свою очередь, произошло уже после того, как Ноласко показал ей фото Герхардта.
– Она выбрала его из монтажа?
Дэн снова покачал головой.
– Нет, говорит, они показали ей только фото Герхардта.
– Но в деле присутствуют фото еще четырех мужчин, – сказала Трейси.
– Знаю. Но Андерсон сказала мне это абсолютно четко.
–Знаешь, думаю, я все же выпью вина, – сказала Трейси.
Дэн наполнил и протянул ей бокал. Трейси взяла его, сделала глоток. Потом сказала:
– Значит, сначала они показали ей фото Герхардта, потом она выбрала его на опознании, и вот она уже убеждена, что она была в ту ночь в очках и видела Герхардта.
– Еще она сказала, что работала в саду днем, когда Герхардт приехал прочищать засор в ванной Стинсон, и она видела, как он выходил из дома и подходил к своему фургону.
– Не исключено, что она поэтому его запомнила, а не потому, что видела ночью.
– Она показала, что Герхардт был в рабочей одежде. – Дэн покачал головой. – А уж этого она даже в очках никак разглядеть не могла. Ночь была пасмурная, моросило. Так что, скорее всего, и рабочую форму она разглядела именно днем.
– Ничего этого в деле нет.
