Трейси подъехала к обочине и стала рассматривать дом, ничем не отличающийся от многих других домов Центрального района. Два этажа, узкое крыльцо фасада, из-за покатого двора казалось, будто дом нависает над улицей. Трейси поднялась по деревянным ступенькам и постучала в красную дверь. Миг – и она уже смотрела сверху вниз на малыша с мордашкой херувима, в синей пижаме с красными баскетбольными мячами. На вид ему было семь-восемь.
– Здравствуйте, – сказал он. – Резиденция Скоттов, чем могу помочь?
Это вызвало у нее улыбку.
– Да, мне нужна помощь. Твоя мама дома?
Трейси совсем не узнала бы женщину, которая вдруг появилась на пороге, если бы не голос.
– Почему вы не в постели, молодой человек? И что я говорила вам насчет дверей и незнакомцев?
– Это же леди.
– А ты с ней знаком? – спросила Шерис, уперев руки в бедра. – А? Ты ее знаешь?
Мальчик покачал головой.
– Значит, она незнакомка.
Мальчик лукаво усмехнулся, сверкнув дыркой на месте двух передних зубов. Трейси не сомневалась – хлопот с ним не оберешься.
– Может быть, ты кого-нибудь ждешь? – продолжала мать.
Он снова помотал головой.
– Тогда забирайся-ка по лестнице наверх – и в постель.
– До свидания, незнакомая леди. – Мальчишка шмыгнул матери под руку и затопотал вверх по крытым ковровой дорожкой ступеням.
Шерис не могла скрыть улыбки.
– Входите. – Длинные локоны обрамляли лицо, смягчая внешность. На тот же эффект работали прилегающая белая рубашка с длинными рукавами и черные легинсы.
– Пари держу, этот парнишка заставляет вас побегать, – сказала Трейси.
– Это мой билет в рай, – ответила Шерис. – Если мне удастся уберечь его от беды, то меня назначат святой, это точно.
Женщина постарше, очень похожая на Шерис, появилась откуда-то из глубины дома и остановилась у лестницы, положив руку на перила.
– Здравствуйте, – сказала ей Трейси.
– Вы детектив, я видела вас по телевизору.
– Да.
– Когда вы его поймаете, этого типа?
– Надеюсь, что скоро. Мы очень стараемся.
Женщина поглядела на Трейси с недоверием.
– Это я тоже слышала по телевизору, пару дней назад.
– Ти Джей сбежал из постели, мама, – сказала Шерис. – Ты справишься?
В синих джинсах и толстовке с капюшоном мать Шерис выглядела ненамного старше Трейси.
– Справлюсь ли я? Да, думаю, что справлюсь. – Она начала подниматься вверх по лестнице, остановилась, повернулась и посмотрела на Кроссуайт. – Приятно было встретиться.
– Мне также.
Шерис дождалась, когда мать поднимется на самый верх и скроется в одной из спален.
– Прошу прощения.
– Ничего страшного.
– Пойдемте присядем.
Передняя комната была со вкусом обставлена удобной на вид мебелью, на темном полу из твердых пород дерева лежал пушистый ковер. Над отделанным плиткой камином висели семейные портреты в рамках. Трейси осторожно опустилась в обитое материей кресло.
– Что с вами случилось? – спросила Шерис.
– Да так, побаливает кое-что. А ваша мама с вами живет?
Хозяйка опустилась на красную кожаную кушетку напротив, подогнув под себя босую ногу.
– Когда умер папа, мы переделали полуподвал. Муж иногда работает ночами, так что без мамы некому было бы присматривать за детьми.
– Вам повезло, что она у вас есть, – сказала Трейси, в который уже раз жалея, что ее мать умерла.
– Тесновато иногда бывает, – сказала Шерис, глянув наверх. – К тому же она забывает, что я уже взрослая женщина. Иногда сама удивляюсь, как это мы с мужем ухитрились троих детей завести.
Трейси улыбнулась. Затем сказала:
– Вы сегодня не на работе.
– Позвонила, сказала, что заболела. И вообще подумываю, не сказаться ли мне больной насовсем. Деньги там, конечно, хорошие, но не такие, чтобы за них умирать. Мы уже говорили о том, чтобы мне вернуться в школу, раз муж нашел постоянную работу, так что, может, сейчас как раз удачное время. – Шерис подалась вперед. – Но я-то вам звонила не за этим. А чтобы сказать – вчера у нас был Мистер Адвокат. Это тот парень, о ком я вам говорила, ну тот, что любит девчонок с большими сиськами. Вероника ему тоже нравилась, очень.
– Я помню.
– Ну так вот, вчера я видела, как он делал авансы Габи.
Трейси резко выпрямилась.
– Какие авансы?
– Вы знаете какие. Я была на сцене и видела, как он протянул руку и тронул Габи за запястье, когда она шла мимо. Девчонка чуть не подпрыгнула. Он пошептал ей что-то на ухо, а Габи улыбнулась и закивала. Потом повела его в заднюю комнату. Я сразу подумала: зачем ему эта худышка понадобилась?
– А вы видели, как они выходили?
– Специально ждала. Улыбка у Габи была от уха до уха. За сценой я спросила у нее, что он от нее хотел, а она сказала, что он дал ей пятьдесят долларов за танец на коленях. Пятьдесят. Она была так довольна, что я едва не спросила у нее: «Почему он тебя-то выбрал?» Ну вы понимаете. Теперь вот жалею, надо было спросить.
– Он еще долго был в клубе?
Шерис, казалось, вот-вот расплачется.
– Прикончил свою выпивку и уехал. Минут, наверное, через десять.
– Который был час?
– От одиннадцати тридцати до без пятнадцати двенадцать.
– А Габи тоже сразу ушла?
