В Адмиралтействе знающие люди подтвердили Виктору: да, мол, действительно имел место крайне неприятный прорыв. Две группы по тридцать бортов в каждой, и шли они на Вологду – бомбить авиационные и оружейные заводы. Перехватили их чудом. Бомбардировку сорвали и в ходе перехвата уничтожили от двадцати до двадцати пяти машин. Данные уточняются. Остальные бомберы ушли. Вывалили бомбы на северные леса и пустоши и, освободившись от груза, удалились по-великобритански: не попрощавшись. К сожалению, преследование их было невозможно за отсутствием на севере истребительного резерва. Не ждали там атаки противника – понадеялись, как всегда, на авось, – вот и не подготовились. Но теперь придется, разумеется, создавать в тех местах полноценную зону ПВО.
Виктор послушал, покивал, покачал головой, вставил пару приличествующих случаю замечаний и ушел работать. Работы было много, и вся она была спешная, срочная, чрезвычайной важности и далее по списку. Однако, и то правда, что в отличие от предшествовавшего периода, всю последнюю неделю он проторчал на одном месте, а именно в своем Бюро в Шлиссельбурге, что уже можно было считать серьезным изменением к лучшему, потому что весь декабрь пятьдесят четвертого и январь пятьдесят пятого Виктор провел в постоянном движении. Руководил своим Специальным Бюро, – но больше чем на два-три дня в Шлиссельбурге не оставался – мотался по испытательным площадкам, полигонам и аэрополям и выполнял личные поручения адмирала Браге. Был при ней – пусть и неофициально – «для особых поручений». Так что ни дня покоя, ни минуты отдыха. Но здоровье, к счастью,
Вот от Насти он и узнал подробности, о которых не писали газеты и не говорили в Адмиралтействе. Она позвонила ему ближе к вечеру прямо в служебный кабинет, и уже по первым ее словам – по голосу, по интонациям – Виктор понял, что стряслась какая-то беда. Так все, как тут же выяснилось, и обстояло. Оказывается, перехват осуществляли пилоты из испытательного центра в Устье-Вологодском на предсерийных и опытных машинах, оказавшихся на тот момент в ангарах аэрополя. И группа эта, наспех сколоченная буквально в последнюю минуту, понесла в бою серьезные потери. Три машины из боя не вернулись, а два пилота, несмотря ни на что все-таки добравшихся до аэрополя, тяжело ранены. Одна из раненых – Лена Жихарева, а одна из не вернувшихся – Ара.
– Подожди плакать! – остановил он Настю. – На чем она летела?
– Не знаю, что это такое, но Авенир Никифорович сказал, что на «Горбунке».
Что такое этот самый «Горбунок», Виктор знал очень хорошо. Более того, он на нем тоже летал.
– Взрыв кто-нибудь видел? – спросил он поэтому.
– Ее ведомый сказал, что видел взрыв на земле.
– Наверняка успела катапультироваться! – успокоил он подругу.
«Если, конечно, была на тот момент жива и в сознании», – добавил мысленно.
– Ее ищут? – Было бы странно, если бы не искали, тем более в Устье-Вологодском, где ее отец – и царь, и бог, и воинский начальник.
– У нас с утра пурга, – сказала в ответ Настя. – Метет так, что не видно ни зги. Полеты запрещены. На линиях связи обрывы, но Авенир Никифорович говорит, что Ара в зимнем лесу не пропадет. Умеет выживать.
«Если есть кому выживать…»
– Я знаю, – сказал он вслух. – Она, Настя, опытная охотница и знает, что и как надо делать в пургу. Не вешай носа. Ара вернется. Я же вернулся.
– Пойду в церковь, – не совсем логично ответила на это Настя, но тут же и объяснила: – Тебя вымолила, ее тоже вымолю!
Следующим, но уже часа через два, после Настиного звонка, с ним связался врач из Горне-Успенской больницы в Вологде. Телефонировал он по просьбе находящейся в больнице на излечении Елены Борисовны Жихаревой. Господин мичман сама пока говорить по телефону не может, объяснил врач, но велела передать, что она верит в то, что Варвара жива. И что надо, чтобы кто-нибудь связался с ее мужем и крестной, поскольку Ариному отцу сейчас, по-видимому, не до этого.
– Это все, – сообщил доктор Бобовников.
– Извините, доктор, – сказал тогда Виктор, – как вы сказали, вас зовут по имени-отчеству?
На самом деле, доктор ему этого не говорил. Забыл, наверное, так как сильно нервничал.
– Александр Львович…
