— Только не здесь. Давай встретимся на крыльце через пару минут и пойдем в кафе.
Когда Меган выходила из комнаты, Даниэл провожал ее глазами, отмечая плавную походку, изящный изгиб бедер. Он по-прежнему хотел ее, но теперь это было невозможно. Связь с дочерью генерального директора не сулила ничего хорошего, потому что он не мог предложить ничего серьезного. Опыт научил его, что женщины непостоянны, и предпочитал короткие, необязывающие отношения.
Вскоре Меган присоединилась к нему на крыльце. Погруженная в мысли, она молчала.
В маленьком кафе они заказали напитки и сели за столик в углу.
— Ладно, — сказала Меган, обхватив пальцами чашку, — теперь спрашивай.
— Почему ты сбежала той ночью? — нарочито равнодушно спросил Даниэл, хотя и затаил дыхание в ожидании ответа.
— Наверное, потому, что… испугалась.
— Я сделал что-то не так? — удивленно поднял брови Даниэл.
— Я никогда не делала ничего подобного. — Она сморщила нос. — Речь не о сексе, у меня раньше были сексуальные отношения, но не знала, что это может быть так… Впрочем, не в этом дело.
Глядя, как она покраснела, Даниэл с трудом сдержал улыбку.
— Никогда не занималась любовью с незнакомым человеком. Я даже не знала твоего имени…
— Ты всегда предпочитаешь убегать в непонятной ситуации? — Он неожиданно почувствовал горечь от мысли, что она не хотела больше видеть его.
— Думай, что хочешь, но я не избегаю проблем, — вздернула подбородок Меган. — Моя очередь. Ты знал, кто я, когда мы встретились?
— Что? Откуда? — Он вдруг понял смысл вопроса, и в глазах сверкнула злость. — Хочешь сказать, что я преследовал тебя, потому что ты дочь Минсунга Хана?
— Честно говоря, не вижу в этом смысла, — рассудительно заметила Меган. — Скорее всего, это случайное неудачное стечение обстоятельств.
Даниэл вовсе не считал обстоятельства неудачными и не жалел о содеянном.
— Прости, не хотела обидеть, — вздохнула Меган. — Мне надо точно знать, что у тебя не было других корыстных мотивов спать со мной, кроме вожделения. Это меня вполне устроит.
— Рад, что ты не против вожделения, — усмехнулся Даниэл. — А почему тебя беспокоят корыстные мотивы?
— Потому что собираюсь сообщить тебе кое-что и не хочу, чтобы ты использовал это против меня или отца.
— Что ты хочешь сказать? — Даниэл замер, не донеся чашку до губ.
— Я беременна.
Он со стуком поставил чашку на стол, расплескав кофе. Даниэл пытался осмыслить ее слова. Его мир перевернулся — он станет отцом.
Склонив голову, Меган приготовилась отвечать на вопросы, которые мужчины обычно задают в таких случаях: она смотрела достаточно телепрограмм и фильмов на эту тему и была готова к отрицанию и обвинениям — в словесной дискуссии ей не было равных.
Даниэл медленно вытер салфеткой со стола лужицу кофе. Не говоря ни слова, он смотрел на свои руки. Меган ерзала на месте. Она готовилась к бою, а противник отказывался вставать в боевую стойку. О чем он думал?
— Выходи за меня замуж, — тихо и спокойно сказал Даниэл.
— Что?! — крикнула Меган, чуть не упав со стула, и повторила тише: — Что?
— Прошу тебя выйти за меня замуж, — повторил он с возрастающей уверенностью.
— Разве ты… не усомнился, что ребенок твой? — слабо прошептала Меган.
— Судя по тому, что ты сбежала, испугавшись поступка, навряд ли случайный секс входит в число твоих привычек, — рассудительно заметил он. — Ты не похожа на человека, склонного к обману.
— Но мы использовали презерватив, — привела она аргумент в пользу сомнений.
— Два презерватива. Помню, я имел тебя дважды, — пробормотал Даниэл с едва заметной улыбкой.
Пульс Меган участился при воспоминании о той ночи, ее охватил жар.
— Почему ты так спокоен? — рассердилась она на его невозмутимость, в то время как она изнемогала от вожделения.
— Я делаю предложение женщине, которую вижу второй раз в жизни, и далеко не спокоен, — сообщил Даниэл. — Такова моя реакция на сложную ситуацию — сперва анализировать факты, потом выбрать оптимальный вариант действий. В данном случае я несу ответственность за то, что сделал.
— Мы сделали, — поправила Меган. — Дело не в этом. Мое тело, мой ребенок, моя ответственность.
— Так не получится, — нахмурился Даниэл. — Наши поступки, наш ребенок, наша ответственность…
— Ты узнал о ребенке только потому, что имеешь право знать. — Она подняла палец, остановив его возражения. — Если хочешь, можешь участвовать в его жизни, но брак без любви даже не рассматривается.
— Для семьи любовь не главное, — упрямо возразил Даниэл.
— Семья не ограничивается ответственностью и долгом, — возмутилась Меган. Она точно знала, что семья невозможна без любви, видела это на примере родителей, а также Анжи и Джошуа.
— Ответственность и долг гораздо надежнее, — не сдавался Даниэл.
Его упорство удивило Меган. Почему он так завелся из-за любви? Кто-то обидел его в прошлом? Впрочем, ее это не касается: у каждого свой эмоциональный опыт. Кроме того, она не собиралась за него замуж и ей все равно, что он думает о любви.
— Согласимся, что у нас разные представления по этому поводу, — примирительно сказала она.
