Арон удивленно, чуть насмешливо изгибает брови.
- Как это нет, малышка?
- Ну потому что, - подхожу ближе и поднимаю с пола одеяло, бросаю в него. - Надо сделать паузу.
- Зачем?
- Мы же постоянно…
Трахаемся.
Никак это больше не назвать. Целями днями. Он меня не выпускает из кровати.
- Мы никуда не ходим, не смотрим фильмы, - перечисляю и присаживаюсь на постель, - продукты заказываем, клининг тоже, я на учебе не была уже сколько, - вспоминаю и боюсь считать.
- Ничего страшного, - его голос как всегда уверенный, авторитетный. - У тебя каникулы, Алиса. Ты умница, всё наверстаешь.
Слушаю и понимаю, что он говорит это каждый день. Как только я собираюсь в универ - у него сразу находится причина, чтобы я туда не пошла.
Завтра пойдешь, сегодня еще останься со мной - повторяет он.
И я остаюсь.
Сплю до обеда, а потом он возвращается с работы и меня будит аромат роз, у меня все тело исколото шипами…
Мы занимаемся сексом, заказываем поесть, выходим на крышу звездами любоваться - зимой дни такие короткие, и вот уже февраль закончился, оказывается.
А у меня времени не было подумать, что в этом затворничестве…есть нечто неправильное.
- Ты не хочешь, чтобы я в универ ходила? - щурюсь.
- С чего ты взяла, - он снова отбрасывает одеяло и встает, поворачивается ко мне спиной. При каждом его шаге напрягаются упругие ягодицы, он скрывается в ванной, и громко хлопает дверь.
Стягиваю с головы шапочку и недоверчиво смотрю на дверь, жду, что он сейчас вернется и объяснит. Успокоит, заверит, что это глупости и не было у него таких мыслей - держать меня дома.
Это были каникулы, полные любви и страсти, мы сами не могли друг от друга оторваться. А не он искусно меня обрабатывал, дурил голову.
Мокрые волосы рассыпаются по плечам, запускаю в них пальцы, расчесываю.
И чем дольше жду, когда он вернется. Тем сильнее убеждаюсь - это правда, я словно в бункере, ни с кем не общаюсь, никуда не выхожу, живу для него - он этого добился.
Бросаю скомканное полотенце на кровать и натягиваю джинсы, влезаю в свитер.
За дверью ванной шумит вода, я тихонько выскальзываю в коридор. Спускаюсь на первый этаж и замираю, в нескольких шагах от входной двери.
Если там не будет ключа - опасения подтвердятся, нельзя смотреть, не хочется думать, что Арон меня тут держит, как пленницу.
Ладошки вспотели. С мокрых волос капли падают на пол, намокший шерстяной свитер липнет к спине.
- Что ты делаешь? - позади звучит его голос, и я вздрагиваю, оборачиваюсь.
Он подошел неслышно, босиком, голый, с повязанным на бедрах белым полотенцем. Черные волосы влажно блестят, как и взгляд - почерневший, горящий.
- Там есть ключи? - машу рукой в сторону выхода.
- Нет.
Он подходит на шаг.
- Почему?
- Потому, что ты малышка, Алиса, - объясняет, мягко усмехнувшись. - Детям ведь не оставляют ключи. Чтобы нехорошим людям дверь не открывали.
- Ты издеваешься? - складываю руки на груди. Смотрю, как капельки воды стекают по рельефному торсу. - Арон.
- Ну что? - он подходит вплотную, мокрый, прижимается ко мне. - Тебе плохо со мной?
- Не плохо, - признаюсь. - Но у меня есть друзья, есть универ, есть…
Муж.
- Что ты Николасу сказал? - запрокидываю голову и всматриваюсь в его красивое спокойное лицо.
- Я уже рассказывал.
- Что я свой выбор сделала, - повторяю слова. Они тогда неприятно резанули, но я спорить не стала, желать сразу трех мужчин, трех братьев - это неправильно, ненормально, я знаю это.
Отступаю.
- Что такое? - Арон делает шаг на меня. - Алиса, куда ты от меня бежишь.
- Ты с ним, вообще, разговаривал? - только теперь кажется, что Николас не мог просто так отпустить, ведь если любовь сильная - отпускать не захочешь, мне говорила это мама, в тот единственный раз, уже после того, как бросила и отца, и меня, она сказала тогда - Алиса, если бы папа меня любил - он бы меня вернул.
Мне тогда плевать было, что она думает, если бы любила она - то не сбежала бы.
И все таки. Эта фраза намертво врезалась в память.
- Говорил с ним или нет? - отталкиваю мужские руки и ударяюсь спиной в дверь. - А мои щенки?
- В чем ты меня подозреваешь? - он снова подступает вплотную. - Щенков Николас возвращать отказался. И тебя тоже. Почему он тебя заботит. Если рядом я.
Молчу, смотрю на его грудь, покрытую темными волосами.
Такое уже не впервые, я помню. Как в сентябре Арон запер нас с Викой в подвале, в сауне. Но сейчас все по-другому и, может, правда, было как он говорит.
Николасу надоело, а Арон…
- Завтра я пойду на учебу, - поднимаю глаза. - Да?
Он касается моих волос, с задумчивым видом пропускает их сквозь пальцы. И, едва качнув головой, отвечает.
- Посмотрим. Раздевайся, малышка. Позавтракаем.
Арон
Объездная дорога, подземная парковка, тамбур, лифт, бюро.
Этот маршрут привычен, я им езжу почти два месяца, и никаких отклонений с выбранного пути.
Даже преступники, которых я выгораживаю, даже они не скрывались от ментов так, как это делаю сейчас я.
Избегаю любых пересечений с семьей, ведь моя семья дома, ждет меня.
Два месяца прошло - я могу так провести и год.
Я думал.
Но сегодня в моем распорядке появился новый лишний элемент.
