– Майя, сходи, проверь, я просто хочу знать, чем занимается Вильям.
В ответ раздается раздраженный стон. Звук компьютерной игры затихает, пока Майя проходит по дому.
– Они с Лукасом смотрят телик.
– Хорошо. Мы скоро вернемся, только с покупками закончим. И ты ведь помнишь, что, если в дверь позвонят, никому открывать нельзя?
– Даааа.
Еще шесть человек передо мной. Мимо, в сторону мясного отдела, прошла Òса. Осталось четыре человека. Подходят новые покупатели, я присматриваюсь к ним, но никто из них меня не замечает – значит, не узнали.
– Пятьдесят восемь!
Подняв руку, подхожу к прилавку. Встаю между пожилым мужчиной и женщиной с ребенком на руках. Потом я не знаю, что произошло. Помню только, что в тот момент, когда я встретился глазами с продавщицей, мне показалось, будто я уловил запах тела, смешавшегося с запахом мыла или дешевого одеколона. Тот самый запах. Паника охватила меня так внезапно, что я не успел защититься. Мой взгляд был прикован к глазам по другую сторону прилавка, которые, преобразившись, сверлили меня сквозь гудящий тоннель, и я потерял способность управлять своим телом. Я почувствовал, как сильно сдавило грудь. Мне не хватало воздуха, меня мутило, на лбу выступил холодный пот и подкашивались ноги. Лежа на полу, сквозь гудящий тоннель я видел, как ко мне приближаются незнакомые люди. «Я не хочу умирать, Отче наш, сущий на небесах, я не хочу умирать, не хочу.» Вот исказившееся от волнения лицо Òсы, я почувствовал ее руку в своей руке, второй рукой она гладила мой лоб.
– Скажи, что у тебя болит? Андреас, скажи мне, что ты чувствуешь! Кто-нибудь, позовите врача!
«Дышать, только дышать, только попытаться выжить».
Должно быть, это инфаркт, внутри у меня что-то лопнуло. До меня доносился шум вокруг и взволнованный голос Òсы, потом объявление по громкой связи: «В связи с внезапным острым состоянием, угрожающим здоровью покупателя, мы разыскиваем врача или другого медицинского работника и просим их подойти в отдел деликатесов».
У меня все сжалось внутри.
– Тебе больно, Андреас, дорогой, скажи мне только, где болит?
Начало покалывать в кончиках пальцев, через руки и плечи к телу возвращалась чувствительность.
– Здесь.
– Я медсестра. Скорую уже вызвали?
– Да, бригада в пути. Он жалуется на боль в груди.
– Как его имя?
– Андреас.
– Добрый день, Андреас, меня зовут Аннели, я медсестра. Я сейчас осмотрю вас.
Руки ощупывают мое тело, расстегивают куртку, отводят назад голову и аккуратно нажимают на горло.
– Андреас, постарайтесь дышать немного спокойнее.
И добавляет более резким тоном, обращаясь к кому-то другому:
– Если он продолжит так дышать, у него начнется гипервентиляция. Кто-нибудь, принесите, пожалуйста, бумажные пакеты.
Покалывания стали ощущаться в лице, и я почувствовал, как судорога сводит мышцы вокруг губ.
– Уложим его на бок, пока не приедет скорая.
Меня перевернули на бок и положили под голову куртку вместо подушки. В щеку упирается молния. Из глаз текут слезы, судорога не дает закрыть рот. Кто-то держит перед моими губами бумажный пакет, но я отстраняюсь от него. Пытаюсь сомкнуть глаза, чтобы избежать взглядов, которые – я знаю – прикованы к моему лицу. Откуда мне это известно? Я чувствую, как они обжигают меня. У меня больше нет кожи, я беззащитен. Полностью обнажен для любопытных взглядов, повержен силой, овладевшей моим телом.
Мой разум искорежен страхом и унижением.
Я имею лишь смутное представление о временных рамках того, что произошло потом. Поездка на скорой в приемный покой ближайшей больницы и все обследования – помню только чувство стыда, когда отступили судороги и я осознал, что все, что я испытал, вызвано навязчивой идеей. Спровоцировано моим сознанием.
– Все результаты анализов хорошие. Судя по всему, сердце и организм в прекрасном состоянии.
Я все еще лежу на кушетке, грудная клетка усыпана кусочками пластыря после проведенного ЭКГ.
Òса сидит на стуле рядом.
– Но вы же не можете просто так отпустить его домой? Он ведь просто рухнул на ровном месте, с ним явно что-то не в порядке.
Врач листает бумаги и смотрит на экран компьютера.
– Нет. Проведенные обследования показывают, что все в норме.
Òса встает.
– Значит, надо провести дополнительные обследования. Он только что перенес грипп. Может быть, это какое-нибудь осложнение?
– Нет, если исходить из полученных результатов анализов. Пара анализов отправлена в лабораторию, ответы будут в течение нескольких дней. Но никаких признаков заболевания или травмы у него нет.
– А анализ на боррелиоз вы взяли?
– Да.
– И все-таки что-то не в порядке. Он испытывал сильную боль в груди, и все, кто находился рядом, могут подтвердить, что его состояние было очень тяжелым. Должна же быть возможность провести дополнительные обследования?
Я сажусь, свесив ноги с кушетки. Мне очень хочется поскорее удалиться.
– Если вы опять почувствуете острую давящую боль в груди или затрудненное дыхание, возвращайтесь.
Кивнув в ответ, я снимаю с себя остатки пластыря. Оправляю одежду.
