– Звучит как вызов, – наклонив голову в сторону, сказал он. Порочная улыбка растянулась на его губах. –
Я закатила глаза и, обойдя его внушительную фигуру, направилась к машине.
– Давай быстрее, иначе мое платье промокнет от дождя, а для него применима только химчистка, – пробурчала я. – И откуда ты знаешь, где моя машина?
– Разве это розовое недоразумение можно не заметить? – усмехнулся он.
Я тяжело вздохнула, даже не потрудившись ответить. Споры с Фостером, конечно, приносили мне некое садистское удовольствие, однако не несли никакой смысловой нагрузки и лишь тратили мое время.
– Ключи, – сказал он, остановившись у машины.
– Я сама поведу.
– Не заставляй забирать их у тебя силой, сохрани для нас обоих две секунды времени.
Ладно, я все равно была не против прокатиться пассажиром.
Мы сели в машину, Джефри выехал с территории университета и встроился в поток машин. Странное чувство захватило мою грудь, откидывая раздражение из-за его слов и поступков как можно дальше. Я представила, что было бы, будь мы с Джефри парочкой, ведь сейчас все так было на это похоже. Он за рулем моей машины, розовой «Феррари», везет нас на другой конец города домой.
Я сильно сжала руками сумочку, вспоминая сон, который приснился мне недавно.
Все как наяву, Фостер выныривает из бассейна, придавливает меня к холодильнику, гипнотизируя, взывая к потаенным чувствам.
– Ты точно хочешь именно этого? – спрашивает он, имея в виду мою просьбу отойти от меня. И я едва успеваю сказать «да», как он резко обвивает мою талию рукой и притягивает к себе. Его губы нетерпеливо врезаются в мои, заставляя меня зажмурить глаза, и прижаться к его телу грудью. Хвататься за его сильную шею и твердые плечи, пока его язык умело кружит в моем рту, унося мое сознание в какое-то особое место, где есть только я и он, нет нашей вражды, нет нашей взаимной ненависти, нет моего парня…
Это было так реально, что проснувшись ночью в своей постели, я долго не могла понять, что делаю в своей комнате. Я ведь была с Фостером, так ярко чувствовала его губы на своих губах и его руки сжимающие мою талию.
Это был ужасный сон. Ведь в реальности он не поцелует меня, не будет сжимать мое тело, он будет лишь ухмыляться, радуясь, что я в очередной раз купилась на его жестокую шутку. Как я вообще могла видеть подобные сны, встречаясь с Мейсоном, которого я к слову после нашего примирения старалась держать на расстоянии?
Я взглянула на своего водителя.
Каково это, встречаться с Джефри? Я знаю, что он ни с кем не встречается, девушки не задерживаются в его жизни надолго, но если бы он влюбился, как поменялось бы его отношение к той особенной? Был бы он с ней нежен и заботлив? Переступил бы через свою заносчивость и безразличие, чтобы ей было хорошо? А может с ней он никогда и не был бы таким заносчивым и безразличным?
Мой взгляд замер на его губах, скользнул к напряженной челюсти и линии подбородка. Его руки, такие сильные и красивые крепко сжимали руль. Каково чувствовать эти руки на своем теле? Когда они глядят, сжимают и ласкают самые сокровенные места. Хотя слово «ласкают» не применимо к рукам Джефри. Я ведь видела его с теми девчонками, он совсем не был нежен с Дейзи, едва ли это даже сексом можно было назвать, он просто брал ее, использовал ее тело, чтобы насытить зверя, что живет внутри него.
С каждым днем вспоминать ту сцену, развернувшуюся в кинозале Фостеров, было тяжелее. На мою грудь словно мешок с песком опускался. Но почему я чувствовала все это? Почему мое сердце начинало трепетать, а разум проклинать Фостера, стоило мне лишь увидеть его? Почему я… чувствовала ревность из-за других его девушек, почему постоянно думала о том, что он может чувствовать к Молли, если я ненавидела его?
Я всегда была любопытна, когда дело касалось Фостера, я хотела, чтобы он взял меня в свои игры, мне хотелось его внимания, но все что я получала – насмешки и издевательства. И именно его отношение обижало меня сильнее всего. Я всегда была немного одержима Фостером, даже если сама не осознавала этого. Наблюдала за тем, как он катается на велосипеде с соседскими мальчишками, как хмурит свои брови в задумчивости или улыбается девочкам – его одногодкам.
Такое чувство возникает незаметно, захватывает полностью и мучает в течение долгих лет. Это не любовь, но это совершенно необъяснимая симпатия к мальчику, которая сбивает меня с толку по сей день.
Я грустно усмехнулась своим мыслям. Это и был Эффект Фостера.
Если бы я только чувствовала нечто подобное к Мейсону. Он был дорог мне, я считала его привлекательным, однако меня не тянуло так к нему, как всегда тянуло к Джефри. Какая ужасная несправедливость.
Я отвернулась к окну и принялась наблюдать за проносящимися мимо огнями города. Первые капли падали на стекло и сбегали вниз, оставляя за собой мокрые дорожки. Как и говорил Джефри, начался дождь.
Эта странная тоска сдавливала мои ребра, поэтому я решила нарушить тишину между нами.
– Почему ты в городе среди недели и где твоя машина?
