Я иду к своему столику и улыбаясь, вижу, как даже тональник не помог ей скрыть ссадину на переносице. Ей повезло, что я не окунула ее лицо в кипящее масло. Она что-то пробубнила себе под нос и пошла к своему столику.
К концу дня я совсем вымоталась, кроме того, наверное из-за сегодняшней годовщины смерти родителей Гамильтон забрала Бон к себе. Что бы я осталась наедине со своими мыслями. Злость к ним рассеялась и на смену пришли грусть и тоска. Только потеряв ты понимаешь, что до этого у тебя были все прелести этой жизни, которая она могла только дать. Мама и папа - мои самые дорогие и любимые мне люди, были… Что же все-таки с ними случилось?
Во время спуска с горы, на борде, случился небольшой оползень, пока не превратился в лавину, которая накрыла моих родителей с головой. Они пытались выбраться, но замерзли. Раскопки шли долго. Конечно не два года, Раскопки шли пол года. Снега навалило тогда еще под метров десять. Они нашли их слишком поздно. Результат уже пришел два месяца назад. Смерть от переохлаждения. Самая нелепая смерть. Я до конца не верила, но все что случилось со мной, только придало мне сил двигаться дальше.
Я забрала свою зарплату, вышла из забегаловки и пошла в ближайший магазин у дома. Купила вино, шоколад, попкорн, колы, все, на что хватало денег и ушла домой.
Я услышала музыку у соседей еще будучи на четвертом этаже. Доехав до шестого я удивилась, неужели в квартире напротив кто-то да живет? Ну и пускай. Люди наверное с отдыха приехали, которого мне не видать.
Я открыла ключом квартиру и вошла. Грубая музыка не давала мне покоя, я взглянула на часы. Господи. Еще восьми нет, а я уже устала от жизни. Кинув ключи на комод у двери, я разулась, скинула вещи и поставила пакет с продуктами на стол. Достала вино и бокал. Штопора у меня не оказалось, поэтому я благополучно открыла крышку ножом, так же благополучно проехав о него руку. Руку я замотала бинтом и присела на диван, включив телевизор. По нему как назло показывали титаник, я переключила канал и наткнулась на Сумерки. Ну, должна признаться, что в свои пятнадцать я их любила. Но вот мне восемнадцать и ничего не изменилось. Я все также люблю Сумерки. Ничего в моей жизни не меняется. Хотя нет. За последние два года я ни разу не надела платье я и не обула каблуки. Ни разу. Это все мои изменения за всю жизнь. Мне больше нечего добавить.
В этом мире становиться слишком скучно. Звезды становятся не интересными, поколение пропадает в интернете, толстеет и умирает. Все вокруг можно назвать адом, не считая того, что все еще тут есть некоторые ангелы, которые пытаются тянуть этот мир к свету, привязывая его к своим крыльям, но их безжалостно обрывают и наступает полное разочарование. Вот так и у меня внутри. Пусто и уныло, но мой ангел вытаскивает меня на свет и я ей благодарна, кто знает, что бы со мной было, если бы не было моей Бон, я бы умерла. В прямом смысле я бы дала заднюю и покончила с собой. Ужасно? Знаю. Так не решить проблему, а что если проблема не хочешь решаться? Например такая проблема как - смерть? Если бы люди были бессмертными тогда бы Бог уничтожил бы нас, нас оказалось бы слишком много. Все равно бы пришлось убивать. Вот и вывод - у некоторых проблем нет решения.
В моем бокале остается совсем немного вина и целая бутылка на полу. К горлу подкатил ком всего грядущего. Всего провалившегося будущего. Мне стало жалко пятилетнюю Бон, которая прижималась ко мне со страхом, когда нас забирали в детский дом. Мне становилось стыдно, что тогда я винила ее во всем. Во всех бедах, а потом поняла, ребенок не виноват в сложившейся судьбе. В горло ничего не лезет. Я гребанная истеричка. Но раз в год можно. Я всегда старалась сдерживать себя при Бони. А Бони со мной всегда. Она моя валерьяна для души.
Из квартиры стало еще шумнее чем было. Уже просто невыносимо слушать это. На часах полпервого ночи, почему никто еще не пришел и не попросил выключить музыку? Как бы мне не хотелось идти на конфликт, пришлось выйти из квартиры и постучаться в дверь. Я постучала раз, два, три, пока не разозлилась и не пнула дверь ногой.
– Это бесполезно! - Кричу я и собираюсь уже уходить к себе в квартиру, двери в квартире открываються с такой яростью, что я чуть не падаю на пол. Я оборачиваюсь и вижу молодого парня, который изрядно выпил. Его татуировки меня изумили. Все его руки, от костяшек пальцев до конца были забиты ими, через футболку прорисовывались ангельские крылья. Наверное было больно…
– Тебе что, жить надоело? - Я вовсе и не заметила, что владелец квартиры смотрит на меня яростным взглядом. Он готов был меня убить, расчленить и сжечь. Я уверена в этом на все сто.
– Сделай музыку потише, - прошу я, подходя к двери.
– А то что? - он улыбнулся, улыбкой дьявола.
– Я вызову полицию, - я ахнула, когда парень подошёл ко мне и припечатал к стене, так сильно, что у меня затрещала голова.
