— Наш флот стоит к северу отсюда, на большом озере в устье этой реки. Там еще семь драккаров и пять кнорров. На кораблях всего около восьми сотен воинов. Конунг Улаф ждет знака. Он послал вперед разведать своего младшего брата Свенса с двумя драккарами. А мы остались здесь, чтобы взять дань. Но, в деревне не захотели платить, тогда мы взяли дань силой, убили их воинов, угнали их молодых девок и пленили их воеводу. Если к закату мы не отправим гонца в лодке на озеро, то конунг решит, что нас убили, и, наверное, повелит вырезать в этой местности всех жителей.
— Значит, у нас есть время до вечера? — проговорил Виктор. И, переведя взгляд на Штерна, он спросил:
— Товарищ инженер, как у вас успехи с пробойником?
Тот, смахивая пот со лба, оторвался от оборудования, которое помогал нам с Антоном собирать:
— Почти готово. Но, есть риск. Точка здесь не совсем расчетная. И, если мы сейчас откроем портал, то, возможно, с той стороны окажется не тот самый завод, к эвакуации которого должны были уже подготовиться партизаны, а что-то другое…
— Риск есть всегда. Потому сначала нужно будет, как обычно, разведать местность за порталом, — согласился Виктор. И добавил:
— Но, если эти варяги говорят правду, то к ночи нас атакуют сотни головорезов с холодным оружием. А у нас — всего один пулемет, десяток автоматов и весьма ограниченный боезапас.
— Тогда надо действовать быстро, — Штерн кивнул и крикнул нам: — Алексей, Антон, срочно заканчиваем сборку!
Мы торопливо соединяли последние разъемы пробойника жгутами толстых проводов, пока Елга и белорус из автоматчиков НКВД продолжали допрос. Остальные пленные подтвердили слова сына ярла: их флотилия ждала сигнала от передового отряда. А рыжебородый варяг по имени Сигурд добавил:
— Конунг Улаф не знает, что вы — воины Одина. Он все еще думает, что вы служите Дракону. Но, если я вернусь и расскажу правду, тогда все выяснится, и мы станем на вашу сторону в битве со злом.
— Вернуться сейчас ты не сможешь, — холодно ответил Виктор. — Ты пока останешься с нами, как заложник, раз ты сын знатного ярла. Но, я согласен с тем, что твои люди должны узнать правду. Потому выбери кого-нибудь в качестве гонца.
Затем спецназовец повернулся к Громову:
— Что там с трофейными весельными кораблями? Вы их проверили?
Громов кивнул:
— Да, все чисто. Но, одна из двух ладей пробита пулеметными очередями ниже ватерлинии и тонет возле берега.
— Тогда возьми троих своих бойцов, нашу новую местную переводчицу и этого рыжего парня, — Виктор указал на Сигурда, — он, кажется, очень хочет доказать нам, что готов сотрудничать. Пусть тогда прикажет вот этим своим людям грести на оставшейся ладье в сторону нашей крепости. А там уже оформишь их всех, как положено. Да и сама эта большая лодка с гребцами не будет лишней в нашем хозяйстве. Если этот сын ярла не хитрит, и они проявят себя лояльными к нам, то сможем потом использовать их отряды против синемордых чудиков.
Вскоре гонец, молодой парень, выбранный Сигурдом, поплыл вниз по течению на маленькой лодочке-долбленке, похожей на увеличенное корытце. А все остальные пленные варяги под конвоем из трех автоматчиков во главе с сержантом Громовым и вместе с добровольной переводчицей Елгой загрузились в уцелевшую ладью. Вот только, варяги попросили сначала разрешить им сложить своих мертвых боевых товарищей на вторую ладью и поджечь их вместе с этой ладьей. Такие у них имелись погребальные обычаи. Но, поскольку вторая ладья все равно была испорчена пулями и плотно села на грунт возле берега, то наши им разрешили сделать из нее погребальный костер. Ну и они вытащили суденышко на сушу, натаскав к нему много сухого дерева, заготовленного в их лагере для костров и частично разобрав частокол. Запах, правда, стоял ужасный, когда мертвецы горели вместе со своим кораблем. К счастью, ветер относил гарь в сторону от нас.
Сигурд и его люди остались довольны тем, что им позволили совершить обряд прощания с мертвыми, как положено. И, проводив боевых товарищей в последний путь, пленные варяги, дружно заработав веслами, погребли на уцелевшей ладье вверх по реке Великой. Здесь эта река оказалась полноводной, без всяких порогов и с небыстрым течением, против которого грести у опытных гребцов получалось вполне неплохо. Так они и уплыли в сторону крепости.
А у нас с Антоном заботы в это время были совсем другие. Пробойник мы уже полностью собрали, поставив его на высокий штатив на небольшом холмике, поросшем травой. И можно было включать установку. Но, меня очень интересовало, как же все это заработает в очередной раз? Ведь отсюда до крепости, где находилась основная установка, подающая импульс на пробойник посредством направленной молнии, расстояние казалось весьма приличным. Километров двадцать, наверное.
— Сейчас свяжусь с Вайсманом, и начнем, пожалуй, — сказал Штерн, словно читая мои мысли.
— По радио свяжетесь? — полюбопытничал я.