— Гермиона! — взмолился Шеймус. — Напиши мне на бумажке, я постараюсь это запомнить. Ну, надо же, такая красивая девчонка и с таким жутким именем.
— Малгожата Стшелецка, — по буквам продиктовала я. — Она полька. Если тебя так пугает ее имя, то лучше забей. В польском языке полно шипящих и сложных сочетаний согласных. Язык сломаешь.
— Финнеганов трудностями не испугаешь, — сурово проговорил Шеймус, — а девочка классная!
Малгося действительно была красавицей с легким приятным характером. Ну, удачи нашему ирландцу на тернистом пути лингвистики.
— Парселтанг какой-то, — пробормотал тот.
А вот Снейп долго сверлил меня суровым взглядом.
— Мисс Крауч, признаться, я удивлен, что вы еще находите время для тонкой науки зельеварения.
— Я помогаю налаживать международные контакты, сэр, — сказала я, — мой дед считает это важным. И Дамблдор что-то такое говорил.
— Дамблдор, — пробормотал Снейп. — Везде Дамблдор… Мисс Крауч, вам стоит быть осторожнее. Иностранцы уедут, а ваша репутация останется.
— Сэр, — сказала я, — Малфой от иностранцев вообще не отходит.
— Мистер Малфой может себе это позволить.
Я почувствовала, как мои глаза становятся большими и круглыми.
— Э-э-э, сэр? Вы на что намекаете?
— Я ни на что не намекаю, мисс Крауч. Просто вам стоит быть осторожнее, только и всего. А сейчас приступим. Вы разобрали рецепт зелья, который я вам дал на прошлом занятии?
— Да, сэр, — сказала я, доставая пергамент, — вот.
Е-мое, чего это с ним, а? РЕВНУЕТ?! Ну, ни фига себе, сказала я себе…
Но Снейп ничего большего себе не позволил. Я же старательно варила довольно сложное зелье, выводящее из организма большинство ядов минерального происхождения, изредка задавая вопросы по существу.
— Мисс Крауч, — сказал Снейп, осмотрев и одобрив полученный результат, — вы действительно знаете русский?
— Да, сэр. Вам нужно что-то перевести? Я с удовольствием.
— Это будет очень любезно с вашей стороны, мисс. Тем более что вы не перепутаете термины, чем грешат многие переводчики. У меня есть несколько статей на русском, так что, если вы переведете…
— С удовольствием, сэр.
— Тогда я дам вам статьи после следующего урока.
Дверь распахнулась без стука. Это кому тут жить надоело? В лабораторию влетел Каркаров в маловменяемом состоянии.
— Северус… — начал он, заметил меня и остановился.
— Пожалуй, мне пора, сэр, — проговорила я, убирая рабочее место.
— Вот это зелье мы будем разбирать на следующем занятии, — протянул мне пергамент Снейп.
И я вышла в коридор. Очень интересно! В каноне Каркаров переживал из-за активизировавшейся метки. Но я точно знаю, что у Барти ничего не темнело и не зудело. Ни на первом курсе, ни позже. Если что, спрошу на каникулах, конечно. Но Барти и на «Волдеморта» не реагировал. И что тут у нас в Хогвартсе такое? Фабрика по производству Волдемортов? Как бы узнать…
Соревнования по полетам прошли на высочайшем уровне. Желающих было море, гости заняли две трибуны. Школы и факультеты подбадривали своих. Взрывались хлопушки и файеры, в воздухе реяли флаги и вымпелы. Появились и рекламные щиты. В том числе и магазинчика Браунов. Мистер Браун снова изготовил памятные значки для участников и медали для победителей.
Присутствовала пресса. Да уж, раскрутили мы новый вид спорта.
В этот раз перед началом слово взял и мой дед, так как соревнования внезапно оказались еще и международными. Хэнкс призвал всех к честной игре и объявил жеребьевку. В этот раз я оказалась тринадцатой. Самое ведьминское число! Ну, держитесь! Мертвые петли — наше все. И четвертная бочка. И финт Вронского.
Мэгги опять не стала участвовать.
— Я лучше буду за тебя болеть, — сказала она, — вместе с девочками. Мы речевку выучили и новые плакаты нарисовали.
— Тогда я точно выиграю! — улыбнулась я.
Выиграть, правда, не удалось. Но мы с Малфоем удержали свое второе место. Первое разделили Поттер и Крам. Третьим был Поляков.
А потом была пирушка в Большом Зале.
— Это здорово! — слышалось со всех сторон. — Вот бы каждый год так!
— Можно будет и в квиддиче соревноваться, и в полетах, — сказала я гриффиндорцам, — ведь действительно это интереснее, чем только внутришкольные соревнования.
Дин Томас уплетал мороженое.
— А вечером будут танцы, — коварно улыбнулся он, — я тоже кое-что раздобыл.
— Что раздобыл? Что?
— Сюрприз! — хитро улыбнулся Дин.
Сюрпризом оказалась занятная конструкция из красивых раковин явно из южных морей. Улыбающийся Дин немного поколдовал, и в гостиной раздалась приятная ритмичная музыка.
— Регги! — обрадовалась я. — Дин, это чудо! Откуда у тебя?
— Дед с бабкой из Вест-Индии приехали, — рассказывал Дин, — эта штука дома хранилась. Я понятия не имел, что она волшебная. Мама тоже считала, что это просто память. А тут случайно зашел в один магический магазинчик, а там тоже такое. Мне починили и настроили, новых мелодий закачали и прислали. Не все же Гермионину шкатулку мучить.
— Но подожди, — нахмурилась Парвати, — получается, что твои дедушка и бабушка тоже волшебники.
— Нет, — сказал он, — просто там, откуда они родом, маги так не скрываются, как у нас. Взяли действительно на память.
