Одновременно с чтением шифровок и разведывательных данных Черчилль не гнушался использовать для получения информации и такие легкодоступные источники, как СМИ. Британский политик всегда питал слабость к чтению газет. Отчасти это объяснялось тем, что он очень активно сотрудничал со многими изданиями, а некоторые из медиамагнатов входили в круг его близких друзей. Свою роль, безусловно, сыграло и стремление Черчилля всегда быть в курсе событий. Его секретарь, миссис Кэтлин Хилл, вспоминала, что в довоенные годы Черчилль почти каждый день начинал с того, что звонил утром в информационный отдел газеты «Daily Mail» с просьбой прислать ему самые последние новости, которые произошли со вчерашнего вечера[725].
Во время посещения в августе 1939 года небезызвестной линии Мажино Черчилль, который на тот момент не занимал никакой официальной должности, смог организовать специальную службу, доставлявшую ему ежедневно через Париж свежие лондонские газеты.
Не изменил он своим привычкам и после начала Армагеддона. Несмотря на огромную нагрузку: сначала в Адмиралтействе, а с мая 1940 года — на посту премьер-министра, — Черчилль не только не перестал читать газеты, он стал делать это в два раза чаще! Перед отходом ко сну он бегло просматривал завтрашние газеты, которые ему присылали специальным курьером с Флит-стрит. На следующее утро, за завтраком, британский премьер прочитывал их уже более внимательно.
Один из его секретарей, Джон Пек, свидетельствует:
«Во время завтрака Уинстон, как правило, штудировал свежие газеты. Иногда он просматривал до девяти различных изданий. Черчилль всегда делал это самостоятельно, не доверяя эти функции какому-нибудь чтецу прессы или специальной службе, которая бы компоновала и собирала для него сборники с интересующими вырезками»[726].
Помимо британских газет, Черчилль также знакомился с американскими изданиями, которыми его регулярно снабжало американское отделение Министерства информации. По словам официального биографа Черчилля сэра Мартина Гилберта, «за подобным чтением прессы обычно следовали многочисленные вопросы к министрам, а порой и к владельцам изданий»[727].
Например, в одном из номеров «Daily Express» Черчилль прочитал о том, что шестерых пожарников из Лондонской вспомогательной пожарной службы осудили на пять лет каторжных работ за мародерство. Во время тушения одного из пабов, расположенного неподалеку от собора Святого Павла, они украли виски на одиннадцать фунтов стерлингов. Черчилль тут же связался с министром внутренних дел Гербертом Моррисоном: «Я нашел большое несоответствие в этих судебных приговорах. Пять лет — за кражу виски, которое будет тут же распито, не идет ни в какое сравнение с приговорами по три или шесть месяцев за кражу гораздо более ценных вещей. Без условно, людям необходимо дать понять, что мародерство — это одна из постыдных форм грабежа. И тем не менее я надеюсь, что эти дела будут пересмотрены с облегчением меры наказания»[728].
В другой раз Черчилль вмешался в решение суда, когда узнал, что мисс Элси Оррин приговорили к пяти годам лишения свободы за то, что она сказала двум солдатам: «Гитлер хороший правитель, он гораздо лучше, чем мистер Черчилль». Премьер снова связался с Гербертом Моррисоном: «Я бы хотел, чтобы мое мнение также приобщили к делу. Этот приговор слишком суров для высказывания своего мнения, которое, хотя и является очень пагубным для нашего общества, никак не связано с заговором. Никаким доводом в поддержке внутреннего благополучия нашей страны нельзя оправдать столь бессмысленной и противоестественной жестокости»[729].
