— А чуть дальше, были подготовлены несколько сетей, вот бы северяне там бултыхались… — продолжал Штоллен. — Так мы их свяжем и взять как побольше возьмём в плен. Главное чтобы сети сработали как надо. А то эти глоуры прыткие.
Не знаю, когда Штоллен это всё успел и как не загонял солдат, но кроме брёвен и сетей, они успели вырыть две ямы с кольями. Хорошо, что Штоллен об этом рассказал, иначе я вполне мог бы ночью попасться в одну из его ловушек. Хоть вообще на разведку один не ходи!
Оставалось дело за малым. Нужно было подобраться к глоурам незамеченными, а потом напугать их так, чтобы они побежали в правильную сторону.
Как по мне, лучше всего было вообще избежать боя.
Мне очень нравится тенденция, что, несмотря на боестолкновения последних дней, все наши отделывались незначительными ранениями, которые Изабелла Трувор могла быстро вылечить. Если сравнивать с «успехами» барона Кроули, то мы просто неуязвимы.
Решено было разделиться на две группы по шестнадцать человек в каждой: лучники и гвардейцы, ощетинившиеся копьями. Коней оставили на опушке леса, телеги оставили там же. Я, признаться, взял бы одну телегу с собой, если бы можно было тащить её бесшумно. Я ведь в ней полвечера резервные контуры магией наполнял. Но придётся рассчитывать только на свой магический резерв.
Штоллен раз десять просил меня остаться в стороне, чтобы я не лез в бой. Но куда ему убеждать меня? Тем более, что я и сам не планировал лезть в бой, о чем ему и сказал — буду действовать исключительно магией. После чего Штоллен немного успокоился, хотя время от времени продолжал смотреть на меня с недоверием.
Ситуацию я контролировал при помощи своих жучков. И, признаться, все время поторапливал гвардейцев, потому что меня жгла мысль о том, что моя мать и другие люди находятся сейчас в подземелье, полном скелетов. Поэтому я сейчас вливал все силы в мощнейшее заклинание страха, которое должно было до ужаса напугать глоуров и заставить их бежать от наших воинов так, чтобы пятки сверкали.
Наконец, момент настал. Мы подобрались к глоурам максимально близко. Казалось, что уже все гвардейцы знают, что их юный граф обладает мощной магией иллюзий. Люди, понимая, что их не видно и не слышно, шли практически свободно. Штоллен перед этим несколько раз проверил, как работает маскировка, и торжественно дал добро на ее использование.
Мы приблизились к глоурам на пятнадцать шагов. Один из охотников правильно подсказал, что следует обратить внимание на направление ветра. Ведь глоуры, как звери, могут учуять наш запах. Это был дельный совет.
— Сейчас стоим, — шепнул я.
— Сколько ждем? — спросил Штоллен.
— Вы поймете, когда атаковать, — ответил я, горестно улыбнувшись.
— Вы опять завалитесь? — поморщился Штоллен.
— Ага, — кивнул я, а следом создал жуткую картину здоровенной костяной гончей, которая уставилась на несчастных глоуров, скаля пасть и сверкая зелеными глазами. Сначала один зеленокожий заметил стоящую среди зарослей образину. Потом второй, третий. Они начали толкать друг друга локтями, показывая: «Смотри, мол, смотри, какая жуть!» Только они стали доставать оружие, как следом на них обрушилось массовое заклинание испуга.
Треть глоуров застыли на месте, как вкопанные. Они боялись даже пошевелиться. Вторая треть, изрядно струхнув помчались вперед. Краем уха услышал голос Штоллена. Есть! Побежали куда нужно. А следом он скомандовал:
— В атаку! Вперед! Добейте, чего встали!
Полетели стрелы, послышались стоны. Это я уже слышал сквозь пелену заложившую уши.
Я попросту завалился на бок, не в силах хоть что-то предпринимать. Но ничего, сейчас пару минут полежу, и приду в себя. Мы и не из такого выбирались. А Штоллен с гвардейцами и без меня отлично справится?
Жалко, что нет откуда запитаться энергией. Так бы я вмиг в себя пришел. Заодно и проверил бы, насколько я научился сражаться.
Хотя о сражении тут и речи не шло. Глоуры в панике бежали. Уже где-то в зарослях, послышались хрипы и стоны тварей попавших в ловушку. Часть из них, правда, ругалась, на чем свет стоит, запутавшись в сетях. Остальных прореживали стрелами и мечами гвардейцы и охотники.
Мелкий юркий глоур попытался скрыться между кустами, но Штоллен его вовремя перехватил. К слову, на него прекрасно сработало заклинание устрашения, просто он побежал не в ту сторону, куда было надо.
Казалось, прошло едва ли минут десять с начала всех событий, а дело было сделано. Часть глоуров была связана по рукам и ногам, часть корчилась в предсмертных судорогах. Еще треть истекала кровью от ран. И это при том, что ни один из гвардейцев даже не обнажил меча. Прекрасно сработанная операция, я считаю. И за все это следует благодарить Штоллена. По крайней мере, он заслужил награды.
Из-за поднявшейся кутерьмы я едва не потерял сознание, но вдруг почувствовал ментальный отклик. Кажется, это была стигачиха. Я про нее и вовсе забыл из-за последних событий, а они, оказывается, все это время были здесь.
