— И ещё, гевей больше не убивать. Это благородные животные и истреблять их на мясо считаю расточительством, популяции варкхов нам вполне хватит. Доклад закончил, — кивнул я отцу и сделал шаг назад.
Над отрядом повисла тишина. Думаю, ни отец, ни старшина не ожидали от меня столь четкого развернутого ответа. Слово взял Штоллен с позволения отца.
— Так, группа разведки остаётся здесь, остальные возвращайтесь в лагерь.
Старшина дождался когда три десятка гвардейцев отправятся в лагерь, затем принялся раздавать приказы оставшимся: десятку охотников и десятку гвардейцев.
— Итак, делимся на группы по пять человек. Задача прошерстить прилегающие леса. Идём с шагом в пятнадцать метров друг от друга, чтобы видеть соседние группы. Идём осторожно, не шумим. Действуем внимательно, смотрим по сторонам. Далеко не заходим, исследуем лишь прилегающие территории.
— Охотиться будем? — Спросил один из лучников.
— Будем.
— Но в гивей не стрелять, — снова дополнил я.
Отец покивал:
— Да, в гивей не стрелять. Отвечать будете перед моим сыном.
По отряду пронеслись хохотки, хотя гвардейцы, которые сегодня участвовали в утренней разминке, смеяться не торопились. Думаю, их впечатлил мой последний рывок.
— Итак, отправляемся! — объявил было отец, но тут из зарослей, кубарем выкатилась зелёная долговязая фигура зеленокожего создания.
Это был глоур по имени Стремительный Хрык собственной персоной.
Над небольшой поляной повисла долгая пауза.
Двадцать пять пар глаз скрестились на жилистой фигуре великого охотника. Вот только теперь он отчего-то чувствовал себя совсем жалким. А три стигача, что с ленцой оценивали на предмет питательности потенциальный ужин, и вовсе вызвали у бедняги ступор.
— Живыми не отпускать, — нарушая тишину напомнил я.
Глоур, выкатившийся из леса, так и застыл с открытой пастью. Он переводил взгляд то на гвардейцев, то на стигачей. Он явно понимал, что подоспел на крайне весёлую вечеринку, а он будет главным блюдом. Поэтому, быстро развернувшись, он припустил в обратную сторону и рыбкой нырнул в лес.
Отец ещё даже не успел отдать приказ, а я уже помчался следом за глоуром. Его следовало догнать, а там уже смотреть по ситуации, либо пленить и подробно допросить, либо убить на месте. Второе куда вероятнее — не уверен, что мы сможем понять его язык.
Глоур мчался так, что из-под его лап разлетались камни и пыль. Мои ноги за ним явно не поспевали, он был слишком быстр.
В голове набатом стучалась мысль: Неужели я его упущу? Аж зубы свело от осознания того, насколько я медленный. Отдал приказ стигачам, те только того и ждали. Три массивных стремительных тени тут же нырнули в лес, следом за зелёнокожим увальнем. Гвардейцы так же побежали вперёд, преследуя незваного гостя, огибая меня с разных сторон.
Да что же я такой медленный-то? Однако любопытная идея пришла сама собой. Я вдруг воспроизвел изображение пламени костра в голове, затем определив по шатающимся веткам направление, куда двигался глоур и создал иллюзию пламенной стены. Соткал её из нескольких изображений костров, прямо у него на пути. В следующий миг услышал испуганный визг и глоур сменил направление, помчавшись в сторону. Всё-таки огня он боится, может быть получится таким образом его вывести прямо на нас. Ну что ж, начинаем загонную охоту.
Я услышал тяжелое дыхание отца:
— Живьём брать, живьём! Давайте вперёд, не отставайте.
Но если бы не мой фокус, уверен, глоур бы легко ушёл. Слишком уж он быстр, гораздо быстрее, чем люди. Я принялся анализировать. А он ведь довольно высокий и сильный, и жилистый. Это могут быть сильные противники, и как бы для нашего отряда эта встреча не стала роковой. Ведь если он приведёт своих сородичей, нам придется туго, мы вполне можем не справиться с ними.
Пугнув еще один раз глоура кострами, побудил его сменить направление.
Подумал, что не следует часто использовать одну и ту же уловку, иначе он может заподозрить, что я вожу его за нос. Поэтому третий раз на него уже рванулось изображение стигача. Только глоур меня удивил, он легко поднырнул под удар лапы иллюзорного стигача и рванул дальше.
— Сети готовьте, сети! — кричал старшина Штоллен.
— Тупыми концами копий в него швыряйте! — подсказывал на уживление шустро бегущий следом Хродгор.
— Живьём брать! — наущал отец.
От тройки стигачей, которые практически догнали глоура, беглец кое-как ушёл. Однако обзавелся рваной раной на плече — самка смогла задеть его когтями.
Я вдруг обнаружил ещё одну прекрасную особенность магии иллюзий. Если повесить на цель иллюзию, скажем маленького жучка, то вполне можно следить за его передвижением и за пространством вокруг цели. Для этого нужно переместить фокус внимания на иллюзию и будто переместиться внутрь созданного образа. Это и позволяет наблюдать происходящее вокруг. Главное — самому не врезаться в какое-нибудь дерево на пути, когда смотришь глазами иллюзии.
