«Альфа-разумный в неустойчивом состоянии. Запускаю процесс коррекции».
– Все, все, я – нормально! Черт, нельзя мне сейчас вырубаться…
«Процесс коррекции прерван».
– Спасибо, – выдохнул я с облегчением и погладил встревоженного Петровича. – Я спокоен, совершенно спокоен. Н-да, остался один вопрос – кому это выгодно?! А, искин? Ты не знаешь? Может, твои хозяева откуда-то вынырнули?
«Ответ отрицательный. Моим создателям претят подобные меры».
– Ага, расскажи еще кому-нибудь, – хмыкнул я, вспомнив собственные злоключения на Находке. – Или это не ты мне и Гале в мозги влез? А?!
«Ответ отрицательный. Вы общались с системой контроля. Иного варианта контакта не было».
– Отмазался, блин! – Я в сердцах махнул рукой и запрятал выключенный КПК в набедренный карман. – Пойду на катер, что-то мне здесь совсем сцыкотно… Петрович, рядом.
На сей раз «внутренний искин» не ответил, видимо, претензий не имел.
Выспался я на удивление хорошо, хоть и мучился остаток ночи кошмарами. Из исследовательского комплекса мы с Петровичем выбрались без приключений и тихо-мирно забрались в такую уютную после разгромленных корпусов каюту приведенного в относительный порядок катера, где и устроились ночевать. В гости к нам за прошедшие несколько часов никто не наведался, да это и к лучшему – желания воевать с монстрами не было абсолютно. Если честно, от всяческих чудищ уже воротит. И больше всего от некоторых представителей людского племени. Вот уж кто реальные монстры, моральные уроды и просто маньяки. Хуже любого зверя или биоробота. Те хоть не ведают, что творят, – движут ими инстинкты или банальные программы, теми же самыми людьми написанные, а потому претензии к ним предъявлять – пустая затея и, я бы даже сказал, моветон. А вот с соплеменничками не все так просто: не всякую гниду сразу выявить получается. Чаще всего она сама проявляется, вот только от этого окружающим людям становится тошно и мучительно больно – в самом прямом смысле слова. Эх, чего говорить!..
Еще до рассвета, когда небо на востоке только-только начало светлеть, я выгнал катер из эллинга. С воротами провозился довольно долго – что-то в механизме переклинило, и пришлось задействовать усилитель. В результате я вывернул какой-то стопор напрочь, так что стопка «сэндвичей» теперь навсегда зависла под потолком. Но мне на данный факт было плевать, при необходимости вообще бы взорвал к чертям. Неугомонный Петрович занял традиционное место на блистере, я же устроился в ходовой рубке и дал самый малый ход. Движки не подвели, равно как и навигационная аппаратура, и к тому времени, когда местное светило показалось из-за горизонта, мы уже выходили из бухты. Большого труда это не составило: в маршрутизаторе катера нашлись подробнейшие карты с уже проложенными оптимальными курсами к десятку самых крупных островов в окрестностях и, к моему вящему облегчению, Флоранс. Я лишний раз убедился, что таинственный поселок не более чем филиал основной базы проекта «Генезис-3000», и перестал забивать голову всякой ерундой. Сейчас важно только одно – добраться до Флоранс. А дальше придется действовать по обстановке, к чему мне не привыкать.
Удалившись от острова на достаточно большое расстояние, я заглушил движки и крикнул напарнику:
– Петрович, Варьку зови!..
Тот ответил комичным образом застывшего по стойке «смирно» кота, и я, устроившись в кресле поудобнее, приготовился ждать. Катер медленно дрейфовал на спокойной воде, но напороться на риф или тем паче мель можно было не опасаться – автопилот, что называется, бдел. Чтобы убить время, я лениво прокручивал двумерную карту маршрута на центральном дисплее и оторвался от этого полезного занятия, только когда снаружи донесся знакомый пересвист. Нахлобучил шлем с отключенной поляризацией забрала, выбрался на палубу и привычно уселся на настил, опустив ноги в воду. Через мгновение синяя гладь передо мной вздыбилась горбом, и обтекаемое тело с хищно изогнутыми плавниками взвилось в воздух в безумном сальто. Прикрывшись от брызг ладонью, я дружески кивнул афалине:
– Привет, Варька. Как прошла ночь?
Петрович был уже тут как тут, поэтому ответ не заставил себя долго ждать:
– Варька приветствовать большой черный Денисов. Маленький рыжий тоже. Ночь хорошо, много рыбы!
– Действительно, хорошо, – поддакнул я. – У нас, между прочим, тоже улов недурной.
– Денисов ловить рыбу на суше? – удивилась Варька.
– Я в переносном смысле. Ладно, не заморачивайся… Слушай меня внимательно, подруга. Мы с Петровичем уходим. Ты оставайся тут, а лучше всего плыви к родному прайду. Хорошо?
– Варька уплыть? Почему? Дружить с Денисов, ловить рыба. Весело!
