– Пирог хочешь? – Морфий повернулся к Роден.
– Нет.
– А ты, – он обратился к Сафелии.
– Нет, благодарю.
– Тогда, три куска вашего фирменного пирога. Я все съем.
Роден подмигнула Сафелии. Этот Морфий явно проголодался.
– Почему ты не в резервации? – спросила Роден, когда официант отошла.
– Там стало слишком опасно. Я свалил после разговора с Одеялом. Видать, не прогадал.
– И тебя никто не ищет? – удивилась Роден.
– Их не волнует, где я околачиваюсь.
– А если поступит заказ?
Укол подействовал. Лицо Морфия перекосило на глазах.
– Может, мне сейчас свалить? – разозлился он.
– Ты не кипятись. Мне просто интересно, как они вызывают тебя.
– Звонят и все.
– А если ты, скажем, болен? – не унималась Роден. – Можешь отказаться?
– Они проверят, правду я говорю или нет. И если совру – мне конец.
– Они убьют тебя?
– Несчастный случай или просто исчезну. Они это могут.
– Расскажи, пожалуйста, что ты знаешь о Миссие?
– О, девочки! – засмеялся Морфий. – А вы глубоко капнули!
– Так что ты о нем знаешь?
Он протянул Роден руку ладонью вверх.
– Решил поторговаться? – усмехнулась она.
– Хочешь побеседовать – плати!
Сафелия достала из кармана наличку и вложила ему в руку.
– Достаточно? – Роден натянуто улыбнулась.
Морфий пересчитал купюры и сунул их в карман.
– На первое время хватит. Итак, кто вас интересует?
– Миссия, – напомнила Роден.
– Среди наших слухи о нем ходят. Якобы он второе восстание клонатов готовит. Я бы познакомился с ним, но контакт никто не дает. Говорят, он выходит на связь сам и только с теми, кто ему в данный момент интересен.
– Как думаешь, – спросила Сафелия, – Левифаны в курсе того, что этот Миссия существует?
– Без понятия, – пожал плечами Морфий. – Если бы о нем узнали, наверняка, он был бы уже мертв.
Официант принесла кофе и три куска пирога с какой-то ягодной начинкой. Морфий тут же принялся уплетать за обе щеки.
– Слушай, – Роден отпила кофе и повернулась к нему лицом, – во время твоей жизни на корабле не было ли у вас там каких-нибудь происшествий?
Морфий хмыкнул, пережевывая.
– Да постоянно что-то случалось. То драка, то воровство, то изнасилуют кого… Еженедельно кто-нибудь оказывался за бортом без скафандра. И боялись все вроде, а тем не менее…
– А может, было еще что-то? Что-то более необычное, чем драки, воровство и изнасилования?
Морфий дожевал один кусок пирога и пододвинул поближе тарелку со следующим.
– Была одна тема мутная, – он кивнул и отпил кофе. – Шорох тогда конкретный поднялся. В общем, пропадали наши девчонки. Ну, наши девочки…
– Мы поняли, – кивнула Роден. – Когда это было?
– Года четыре назад или пять… Не помню, честно, – он откусил новый кусок. – Тогда все думали, что они одна за другой деру дали. Поговаривали, что они разжились имплантами и начали новую жизнь под другими именами.
– А такое было возможно? – нахмурилась Сафелия.
– Милая, вся наша жизнь была привязана к этим имплантам, – он потер рубец на запястье. – Оплата жилья, покупки в магазине, обучение, медобслуживание. Этот имплант даже у перекупов было невозможно достать.
– У перекупов? – повторила Сафелия.
– Когда человек умирал, его вещи скупали перекупы. На этом черном рынке можно было найти все, что душе угодно: шмотки, технику, оружие и даже наркоту. Но вот импланты после смерти изымали и уничтожали. Поговаривали, что за охренеть какие деньги можно было такой имплант купить. И полностью изменить свою жизнь. Я бы купил, да вот ни денег на это у меня не было, ни связей, чтобы выйти на людей, которые ими торговали.
– А у девчонок пропавших деньги и связи были? – спросила Роден.
– О чем ты, – прыснул смехом Морфий. – Они орал бомбили чуть ли в не в сортире, чтобы концы с концами свести.
– Разве чистовкровные им не платили за услуги? – не поняла Роден.
– Так они из низших были, – он пожал плечами. – Высший сорт – только для чистокровных. Остальные – для клонатов. Среди них тоже есть элитные и не очень. Элитные военных обслуживают, врачей, инженеров… В общем, у них заработки повыше. А остальные – для чернорабочих. Вот эти и были из низших слоев. Кипиш тогда понялся нешуточный. Агенты внутренней безопасности с нами беседы проводили. Говорили, что в целях нашей безопасности, – он хмыкнул и дожевал второй кусок пирога. – В общем, нас на разговоры тягали по три раза на неделе. Девочек тех так и не нашли. Да никто по их пропаже и не плакал.
– А следствие что? – спросила Роден.
– Ничего, – буркнул Морфий. – Все стихло. Личные вещи девчонок перекупам продали и умыли руки. На самом деле всем было насрать. И тогда, и сейчас.
– И сколько девочек тогда пропало? – решила уточнить Роден.
– Семь.
– Семь? – повторила Сафелия. – И никого не нашли?
– Одеяло, – вздохнул Морфий, – агентов внутренней безопасности волновало только одно: элитные и высший класс должны были продолжать работать. Усекла тему?
– Ты этих пропавших девчонок лично знал? – Сафелия пригубила кофе.
– Одну из них знал. О других только слышал.
– Может эта, которую ты знал, рассказывала тебе что-нибудь? Может, встретила кого накануне своего исчезновения? Или клиент у нее постоянный появился… …какой-нибудь со странностями…
