Он вызвал справку по логам, имевшим место за последние несколько месяцев. Увидел только те команды, которые пытались вводить его ребята. Он пробежался по ним и убедился, что Оан, Чак Ноллан и Козырев действительно перепробовали все возможные варианты подключения к серверу — все было без толку. Их команды рассыпались при первом же контакте с защитным кодом. Герман попробовал обойти защиту, но наткнулся на второй эшелон обороны. Каждая новая команда Германа спотыкалась о все более жесткую защиту. Третий оборонительный эшелон уже не просто отбивался — он сам нападал. Герман понял это довольно поздно. Вирус, который он пропустил, успел пустить свои корешки в его собственной системе безопасности. Герману пришлось откатиться назад и перед повторной атакой заделать дыры в своей обороне.
Герман изловчился и выудил из системного кода последний лог, который предшествовал атаке на него. Потянув за эту ниточку, смог погрузиться в систему еще глубже. Он уже не сомневался, что против него работала не просто защитная система — ему противостоял чей-то разум. Он пробовал, ошибался, делал выпады и отступал. Как и сам Герман, противник действовал осторожно и импровизировал. Сдавал позиции нехотя, стараясь расставить на прежних рубежах ловушки. Герман их видел и, памятуя о первом допущенном промахе, уже не лез на рожон — каждую такую ловушку-вирус разрушал еще на подходе. Проникал глубже, только убедившись, что путь расчищен. С каждым новым слоем, с каждой новой взломанной базой данных Герман понимал, что защита оппонента слабеет. Ему все легче давались новые кластеры данных, и вот он выбрался, наконец, на оперативный простор.
Первым делом Герман решил проверить последние команды, отданные главному компьютеру самой «Колыбели».
«
— Армия?
Голос появился в голове Германа настолько неожиданно, что он вздрогнул. Это был холодный, металлический и до тошноты спокойный искусственный голос.
— Кто говорит?
— Не поверишь, но я рад тебя видеть, Мечников.
— Не думаю, что тебе понравится то, что я планирую сделать, — парировал Герман и потянулся виртуальной рукой к корневому каталогу, но голос тут же его прервал.
— Не стоит этого делать!
Герман почувствовал, как его блокируют. Сначала рука безвольно повисла вдоль туловища, а затем и все тело было парализовано. Его словно окутали огромным одеялом, не шевельнуться.
— Я показал тебе достаточно, — зло хмыкнул голос.
Герман понял, что попал в западню. Это была ловушка.
— Наконец-то понял! — обрадовался голос.
Медик напрягся. Ужасная догадка, промелькнувшая сейчас в его голове, просто не могла быть правдой. Тем не менее голос рассмеялся механическим смехом и добавил:
— Да-да, ты абсолютно верно подметил — я могу читать твои мысли. Я у тебя в голове. Но ты сам пришел ко мне в гости, тебя никто не звал. Более того, я красноречиво показывал всем непрошеным гостям, что никого не жду. Но вы, люди, упертые.
— Кто ты? — начинал закипать Герман и внезапно очутился в той самой комнате, из которой производил взлом системы. Он увидел себя со стороны, сидящего в позе лотоса перед раскуроченным люком с закрытыми глазами. Рядом с собой он увидел неподвижных десантников Чака и Сергея. Чуть поодаль без движения стояла Мария, судя по всему, она вела разговор с Ковалевым, который также был пугающе недвижим.
— Как ты это делаешь?
— Вопрос не как, а зачем, — поправил голос.
— Хорошо. Зачем?
— Ну, в данный момент развлекаюсь. А что?
— И что тебя так веселит? Моя беспомощность? Что ты будешь делать после?
— Отпущу тебя. Зачем ты мне теперь?
— Что значит «теперь»?
— Герман, Герман, откуда в такой затуманенной голове столько вопросов? Подумай сам — ответы на поверхности.
— Ты чертов псих! — выругался Герман. — Как я могу понять, что у тебя на уме, если не знаю, кто ты?
— Опять вопросы, — укорил голос. — Может, поиграем в другую игру? Я намекаю, а ты строишь логические цепочки.
— Давай попробуем. Выбора-то у меня особо нет.
— Почему именно ТЫ здесь, ты понял? — сделал свой первый ход голос.
— Очевидно, потому, что кроме меня на планете никто не смог бы контактировать с главным компьютером «объекта».
— Верно лишь отчасти. Подумай еще.
Медик напрягся, пытаясь пошевелить хоть пальцем того Германа, который сидел сейчас возле люка «Колыбели». У него ничего не вышло. В данный момент его разум был далеко от земной оболочки. Он даже не был уверен, что происходящее видят окружающие, хотя сам он их почему-то видел.
— Даю подсказку: ты видишь их моими глазами, — в очередной раз продемонстрировал свою способность к чтению мыслей голос. — Прошу, не отвлекайся, Герман.
