Резко ставший немногословным дворецкий протянул мне лист бумаги, исписанный кошмарным почерком моего наставника. Оно было очень коротким, но весьма информативным:
«Завтра же вечером вытащи из психушки меня и мистера Уорена, используй голову и электричество. Я в тебя верю, мой мальчик!»
— Он издевается?! — в сердцах спросил я Вселенную.
— Он верит в тебя! — ответила Вселенная голосом старого дворецкого.
Скосив глаза в сторону его племянницы, я отметил, что она, сложив руки перед грудью, читает молитву. На тот момент мне даже не стукнуло в голову зачем.
— Святая Мария Магдалина, дай мне сил помочь этому храброму мальчику! Дай мне терпения не сорваться на него, ибо все мальчики глупы! И дай мне терпения не сделать всё собственноручно, потому что иногда мальчикам тоже надо взрослеть…
— Ты собираешься идти со мной? — наверное, минут через пять или шесть испуганно предположил я. — Не, не, не!!!
— Это не обсуждается, — обрезал дворецкий, закрывая двери. — Месье пошёл на большой риск, из чаринг-кросской лечебницы выходят лишь лоботомированным овощем, но уже никак не человеком.
— И времени только до завтрашней ночи, — напомнила его племянница.
Я почувствовал, что меня взяли в заложники обстоятельств. Общеизвестно, что ни один шпион на свете не может проникнуть в психушку, вытащить оттуда двух пациентов и сбежать. Это нечто из серии «миссия невыполнима». Но Лис верил в меня, значит…
— Шарль, будьте добры, достаньте мне план больницы «Чаринг-Кросс». Желательно с прилегающими к зданию территориями, — быстро приказал я, в моём голосе неожиданно для самого меня прорезались командные нотки. — Кристи, я могу поручить тебе отчёт о внешнем периметре, входах-выходах, охране, фонарях, высоте ограды плюс обо всём, что не указано на рабочих чертежах здания?
Они оба молча кивнули.
Я почувствовал себя полководцем, и пусть у меня была самая маленькая армия на свете, всего-то два человека, но, похоже, каждый из этих французов стоил десятка обученных гвардейцев самой английской королевы! В чём мне воочию пришлось убедиться уже через час.
Дворецкий Шарль где-то сумел найти старые чертежи и предоставил мне всю информацию о психиатрическом отделении больницы «Чаринг-Кросс», начиная от времени закладки первого кирпича и вплоть до наших дней.
Вернувшись довольно поздно, после восьми часов вечера, в кебе Фрэнсиса, крошка Кристи буквально завалила меня кучей полезных сведений, которые миленькая скромная девочка никак не могла получить законным путём. Однако при наложении ка́лек (чертежа на реальность) я вдруг почувствовал незнакомое доселе щекотное жжение между лопаток. Кажется, у меня потихонечку начинал складываться план.
Я не спал почти всю ночь. Рухнул под утро, часа в четыре, и сам без напоминаний встал в семь! Завтрак ждал меня в гостиной, хотя и было немножечко странно приступать к еде, точно зная, что сегодня месье Ренар не присоединится к трапезе.
Тосты с огурцом, яичница по-марсельски с морепродуктами, томатами и зеленью, яйца вареные под сыром, майонезом и чесноком, зелёный чай, сливки, свежее овсяное печенье и горький шоколад. Кулинарные способности Шарля, как всегда, были на недосягаемой высоте!
Каково же было моё изумление, когда, убирая тарелки, он как бы вскользь бросил:
— Сегодня готовила моя племянница.
У меня с языка чуть не сорвалось «а можно ли нанять её кухаркой?!».
Хорошо ещё не ляпнул вслух, иначе мог бы получить тем же подносом по голове. Я лишь многозначительно промычал нечто невнятное, но полным благодарности тоном. Видимо, Шарль это оценил и позволил себе скупую улыбку без демонстрации зубов и полностью освободил мне стол.
Минут через пять — десять ко мне присоединилась маленькая Кристи для уточнения плана действий на сегодня. В руках она держала вазочку с мороженым, которое очень аккуратно подхватывала серебряной чайной ложечкой.
— Итак, какие планы на вечер? Куда ты меня пригласишь?
— В психиатрическую лечебницу.
— Как романтично-о. — Кристи мечтательно закатила глаза, отправив в ротик ложечку мороженого. — Но я там ни разу не была, так что веди, Сусанин!
— Это кто? — не сразу вспомнил я. — Что-то из древнерусской истории?
— Скорее из польской, этот странный русский завёл польское войско в зимний лес, где всех убил. Правда, сам заблудился и замёрз. Его имя стало нарицательным. Дядя Шарль очень его уважает, говорит, что записался в армию только для того, чтобы когда-нибудь узнать боевой стиль Сусанина.
— Что ж, рад за этого достойного джентльмена. Но сейчас, если позволишь, вернёмся к плану. Шарль, я могу попросить вас…
— Нет.
— Я надеялся, что вы, как бывший военный, опытным глазом хотя бы…
— Нет, — жёстко обрезал дворецкий. — Это не входит в мои служебные обязанности. Справляйся сам, мальчик.
После чего он просто развернулся и ушёл.
