– Но ведь должно быть решение.
Вероника села в кровати, и Доминик удивленно поднял брови.
– Я открыта для предложений.
– Есть лишь одно средство уничтожить тайну: сделать ее сохранение бессмысленным.
– Разоблачение, – кивнула Вероника. – Но как их разоблачишь? Ведь в лаборатории вроде бы все уничтожено…
– Точно. – Стефан закинул ногу на ногу, переводя взгляд с Вероники на Доминика. – Но можно найти либо сам препарат, либо документацию по нему. Найти и обнародовать.
Грей нахмурился.
– Допустим, мы найдем или украдем еще сколько-то жидкости – и что дальше? Обратимся в шестичасовой выпуск новостей и расскажем всему миру, как мы ее добыли?
– А может, мне прислал ее анонимный источник и приложил пояснение, откуда она взялась! А я уж сумею сделать из этого общегосударственную новость, – заверила Вероника. – Дополним информацию несколькими фотографиями и отпечатками пальцев из полиции Нью-Йорка. Египетским властям хочешь не хочешь придется вмешаться. – Она усмехнулась. – Идея мне нравится.
– А мне нет, – возразил Грей. – После такого можно и на месть нарваться. Не говоря уже о том, что придется красть очередную порцию жижи, если она вообще где-то осталась. Я скорее склоняюсь к тому, чтобы в одиночку поехать в Каир и найти доказательства, которые помогут посадить ублюдков, а вы вдвоем тем временем отправитесь в длительный отпуск, не оставив адреса. Я займусь проблемой на месте. Наши преследователи выполняют чьи-то приказы, и, думаю, мы знаем, кто их отдает.
– А я знаю, как его найти, – жестко улыбнулся Стефан. – Помните, я рассказывал про человека, который привез посылку?
– Ты его знаешь? – встрепенулся Грей.
– Он не назвался, но оставил инструкцию, как с ним связаться в случае чего. И адрес электронной почты дал. Мол, если мне понадобится что-то доставить, можно к нему обратиться.
– Почему бы просто не связаться с другим парнем, Дорианом?
Вид у Стефана стал смущенным.
– Я не выходил на него. Это он на меня вышел.
– Ясно.
– Но тот человек… у меня сложилось впечатление, что он очень хорош в своем деле. Подозреваю, он выведет нас на нужных людей – или хотя бы на Дориана.
– А Дориан сумеет помочь?
– Ему, по крайней мере, известен источник, откуда взялась пробирка.
Грей сжал губы.
– Неплохая мысль.
– Но взамен ты мне кое-что пообещаешь. Я поеду в Египет с тобой.
– А вот это плохая мысль.
– Жить в страхе я не буду, – упрямо повторил ученый.
– Для начала свяжись с этим курьером.
Через пятнадцать минут после того, как гости Грея ушли, он услышал негромкий стук в дверь, осторожно подошел к ней и увидел в глазок Веронику.
– Это я, – вполголоса сказала журналистка.
Он открыл дверь, и Вероника предстала перед ним, по-прежнему в длинной пижамной рубашке, но уже без спортивных штанов.
– Кажется, я пока не могу быть одна.
Они подошли к его кровати. Вероника легла на спину, положив голову на колени Грея, а он стал поглаживать ее по голове.
– Спасибо, – шепнула она. – Спасибо, что пришел меня спасти.
– Всегда пожалуйста.
– Если бы не ты, я… нет, даже думать об этом не могу. Пока не могу.
– Ничего фатального не случилось – и не случится.
– Если только он не вернется.
– Пока я здесь, не вернется.
– А если тебя не окажется? – горько спросила она. – Ты же не всегда будешь рядом, а за нами охотится не просто преследователь, а настоящий убийца. Они все убийцы.
– Сейчас я здесь, – успокоил ее Грей. – Мы с ними разберемся.
– Мне страшно. – Голос Вероники стал низким и злобным. – И я хочу, чтобы Номти за это поплатился. Он заставил меня чувствовать себя так, словно я… его собственность. Я считала себя сильным человеком, но, когда он стоял надо мной с ножом, я готова была дать ему все, что он хочет. А сама жаждала умереть.
– Это его способ получать удовольствие. Не думай о Номти.
Вероника замолчала, а Грей по-прежнему гладил ее по голове. Она повернулась, обняла его за талию и тихо сказала:
– Я собираюсь поцеловать тебя.
Его рука замерла. Вероника села, коснулась ладонью щеки Грея, потянула его к себе. Нашла губами его губы, прильнула всем телом. Зная, что в ней говорят эмоциональные последствия стресса, Доминик попытался отодвинуться, но она ему не позволила. Сдавшись, он тоже обнял ее и прижал к себе. Вероника запустила пальцы ему в шевелюру. Ее язык скользнул по губам Доминика.
– Боже, как я тебя хочу, – шепнула она.
Грей подался вперед, когда она снимала с него рубашку, и увидел, как ее взгляд уперся в его татуировки.
– Поговорим об этом потом. – Вероника провела рукой ему по спине и почувствовала скрытые под татуировками шрамы. – И об этом тоже.
Он через голову стянул с нее рубашку и коснулся грудей, бережно избегая запекшейся царапины, оставленной ножом Номти.
– У тебя прекрасное тело, – шепнул он.
Вероника мурлыкнула и выгнулась под его прикосновениями, ее пальцы скользили по его телу.
– Ты слишком худой, – тихонько проговорила она, толкнула Доминика на спину и забралась сверху, а потом избавилась от белья и потянула вниз джинсы Грея.
