И вроде бы я этого и добивались, в последнее время постоянно думала о том, что хочу развестись. А когда Лёша озвучил это, я растерялась. Какая-то часть меня в этот момент трубила о том, что нужно попытаться все исправить, сохранить отношения, просить, умолять его передумать. Но эта часть была настолько мала, что язык не слушался, и я продолжала молчать, глотая слезы.
— Ты же видишь, что мы в тупике. Ты изменилась, Оля. И я, наверное, тоже, — Лёша стоял ко мне спиной, и я позволила себе поднять на него заплаканные глаза. Не хочу, чтобы он видел меня слабой. Хотя, какая разница, он видел меня разной. Он знает меня вдоль и поперёк, и сейчас он прекрасно понимает, каково мне.
И он прав сейчас, он тысячу раз прав. Лёша оказался сильнее меня, решив разрубить этот узел.
Пусть он говорит, что это временно. Я более, чем уверенна, что разойдемся мы навсегда. Так будет лучше. Ведь будет же?
— Мне нужно… вещи собрать? — почему-то говорить о нас и разводе не получалось, поэтому я решила сразу перейти к бытовым вопросам. И куда мне идти? Об этом я ещё не думала, и так далеко в своих мыслях не заходила.
— Нет-нет. Уеду я, а если… — он развернулся и подошёл к столу, присел, предварительно пододвинув стул ближе ко мне, — если между нами ничего не изменится, то мы подумаем, что делать с квартирой. Но потом, не будем пока об этом, — взял меня за руки и сжал их, выражая тем самым поддержку. Наверное, выглядела я неважно.
Сказать больше было нечего, и мы молчали. Лёша всё так же держал мои руки в своих, а у меня не хватало смелости освободиться и выйти из кухни, хотя мне безумно хотелось остаться наедине с самой собой, чтобы оплакать свой неудачный брак.
Мне на помощь пришёл телефон.
— Я отвечу, вдруг что-то важное, — прочистив горло, пробормотала, Лёша лишь кивнул и отодвинулся от меня.
Я быстро вскочила на ноги и посеменила в прихожую, где осталась моя сумка. Звонила Карина, и я взяла трубку.
— Привет, — постаралась придать голосу бодрости.
— Привет, — услышала я задорный голос сестры, — слушай, мне нужно срочно с тобой поговорить.
— О чем?
— Как о чём? О том, с кем ты проводишь свои вечера, пока твой муж в командировке, — ехидно, понизив голос, выдала Карина, а я нервно оглянулась на дверь кухни.
— Сейчас не самое лучшее время, Карин.
— А, муженек вернулся? — я поморщилась, вспомнив того, кто так же с пренебрежением упоминал Лёшу.
— Да, — коротко ответила, — а ты как? Как Сева? И что сказали родители?
— С Севой всё хорошо, я уже была у него утром, — Карина углубилась в рассказ о самочувствии парня, а мне оставалось лишь поддакивать ей периодически.
— Карина, можно я приеду? — слушая сестру, остро почувствовала, что не хочу оставаться одна.
— Конечно, Оль. Что-то случилось?
— Нет, то есть, да. Я расскажу при встрече, ладно?
Поговорив с сестрой, я вызвала себе такси.
— Лёш, я уезжаю к Карине, — одевшись и покидав в сумку кое-какие вещи, вернулась на кухню.
— Хорошо, я вещи пока соберу. Когда ты вернёшься, меня уже здесь не будет.
— Где ты будешь жить? У мамы?
— Нет, не у мамы, — я ждала, что он продолжит, но Лёша молчал.
— Пока, Лёша, — грустно улыбнулась ему.
— Пока, Оля.
Вот и всё. Сердце сжималось, глядя на некогда любимого мной человека, в одночасье ставшего мне чужим.
Глава 15
Только бы не встретить отца с мачехой, думала про себя, выбираясь из машины такси. Нет желания сейчас с ними пересекаться и обсуждать мою никчемную жизнь, они, конечно, ничего такого не скажут, не упрекнут, но папа наверняка покачает головой с кислым выражением лица и промолчит, а его жена погладит меня по плечу и скажет что-нибудь трогательно-сочувственное.
С мамой Карины у меня нейтрально-вежливые отношения. Она сама по себе очень милая женщина, сомневаюсь, что у неё вообще бывают с кем-то конфликты.
Прежде, чем нажать на кнопку звонка, я позвонила Карине на мобильный, чтобы она встретила меня у входа. Такой план, чтобы ни с кем не пересечься по дороге.
— Что случилось? — с порога спросила Карина.
— Мы можем поговорить в твоей комнате? — словно вор-домушник, озираюсь по сторонам.
— Пойдём, — Карина взяла меня за руку и повела в дом.
— Ну? — мы благополучно добрались до её комнаты, и теперь сестра, сверля меня выпытывающим взглядом, ждала подробности.
— Я, кажется, развожусь, — выдавила из себя пискляво.
— Слава Богу, я уж думала, что-то серьёзное, — фыркнула Карина, забираясь с ногами на кровать.
— А это, по-твоему, не серьёзно? — обиделась я.
— Конечно, серьёзно. Но, согласись, рано или поздно это все равно бы случилось. Ну, не верю я, что между вами была такая любовь, о которой сейчас стоило бы горевать, — она обняла меня здоровой рукой и слегка встряхнула.
— Не знаю, Карин. Это так странно, я так привыкла быть замужем, и для меня это дико, — поделилась своими ощущениями.
— Если честно, я думала, что ты уйдёшь от него ещё тогда, после…
— Карина, хватит! — не дала ей договорить, потому что всё ещё болит.
— Окей, Оль. Я поняла, прости, — извиняющаяся улыбка исказила её лицо, а я кивнула, давая понять Карине, что все нормально.
