К концу вечера мне удалось перебороть стеснение и неловкость, Карина мастерски вовлекла меня в общий разговор, и на короткий промежуток времени я почувствовала себя частью этой дружной сплоченной семьи, которой у меня никогда не было.
— Это Сева, — лицо сестры озарилось улыбкой, когда заиграла мелодия на её телефоне, — Мамуль, спасибо за ужин, я побежала, — Карина подскочила со стула и, послав маме воздушный поцелуй, покинула столовую.
— Я постелю тебе в гостевой комнате, — мачеха принялась убирать со стола.
— Спасибо, Мила. Давайте, я помогу, — собрала грязную посуду и отнесла на кухню.
Лежа в кровати в одной из гостевых комнат в доме отца, я анализировала прошедший вечер. Ничего из того, чего я боялась, не случилось. Никто не лез в душу и не выпытывал подробности моей личной жизни, не давал ненужных советов под видом единственно верных решений.
Это так сильно отличается от наших с мамой отношений. И будь она чуть более понимающей, это значительно упростило бы мою жизнь и наше с ней общение.
Леша написал сообщение, что вывез свои вещи, и квартира остаётся в полном моём распоряжении. И на меня снова напала тоска.
Завтра мне нужно будет вернуться в пустую квартиру, и от этой мысли чувства страха, грусти и радости с бешеной скоростью сменяли друг друга, мешая сосредоточиться на чём-то более важном.
Домой решила поехать с самого утра, не видела смысла оставаться здесь дольше. Впереди меня ждал поиск работы, ведь обеспечивать себя отныне придётся самой, а тех денег, что остались на моей карте, вряд ли хватит до конца месяца.
Оказавшись в квартире, первым делом прошлась по комнатам, отмечая незначительные детали, которые говорили о том, что Лёша съехал. Какое-то время занимаюсь тем, что перекладываю свои вещи в шкафу на освободившиеся полки, так пустота кажется менее пугающей.
Меняю аляпистое покрывало на постели, нежно любимое мужем, но жутко бесившее меня, на пушистый светло-бежевый плед. Ещё нужно будет выбросить непонятного цвета ковёр, но это потом, одна я его не донесу до мусорки.
Совместные фотографии, которые обосновались на самых видных местах ещё с лучших времён нашего брака, были убраны теперь в самый дальний угол. Газеты, журналы и рекламные листовки, обожаемые Лешей, полетели в мусорное ведро.
К концу дня квартира была вычищена мной от незримого присутствия в ней моего уже бывшего мужа. Больше ничего визуально не напоминало здесь о нем.
И сил осталось только на то, чтобы принять душ и завалиться в постель. В сон провалилась моментально, стоило коснуться щекой подушки.
А наутро проснулась бодрой и полной сил начать новую жизнь.
Глава 16
Первое собеседование — комом. Поделом мне. Уж слишком самоуверенно я себя вела на нем, восприняв слова поддержки Карины черезчур буквально.
И, оказывается, если у тебя высшее экономическое образование, то это ещё не значит, что тебя с распростертыми объятиями примут на должность экономиста. Нужен опыт, которого у меня нет.
Медленно плетусь по тротуару вдоль дома, цокая каблучками. Пиджак покоится на сгибе локтя, иначе я давно сварилась бы в нем заживо. Хорошо хоть додумалась волосы собрать в строгий пучок.
Машина соседа появляется из-за угла совсем не неожиданно. В своих мыслях я представляла, что встречу его по дороге домой. Я хотела его увидеть.
Притормаживает рядом и открывает дверцу машины.
— Садись, — без приветствия бросает мне указание, кивнув в сторону пассажирской двери, и тут же захлопывает дверь со своей стороны, а во мне закипает злость. Мог бы поздороваться для начала и вежливо попросить, но нет, ему проще отдавать приказы.
Я не двигаюсь с места, жду его дальнейших действий. Выглядит это, наверное, по-детски, но мне важно, чтобы он считался с моим мнением.
— Садись в машину, — он окинул меня внимательным взглядом, опустив стекло.
— Нет, — упрямо ответила ему и отвернулась.
— Сядь или я затащу тебя в машину силой. Хочешь, чтобы все соседи наблюдали за нашей прелюдией? — он открыл дверцу машины и поставил ногу на порожек, слегка высунувшись из салона.
— Отвали, — выплюнула зло, чем только раззадорила его.
— А то что? — продолжая ухмыляться, он напрягся, готовый в один момент спрыгнуть на асфальт и наброситься на меня. — Давай, садись в машину, — не дождавшись ответа, приказал, и по глазам я поняла, что шутки кончились, и лучше бы мне не сопротивляться, но я продолжала стоять на месте.
Миша не выдержал первым, распахнул дверцу и через секунду уже был рядом со мной. Взгляд не предвещал ничего хорошего, было видно, что он раздражён.
— Ты можешь хоть раз сделать то, о чем тебя просят? — процедил сквозь зубы, хватая меня под локоть.
— Могу, только просить нужно вежливее, — вырываю локоть из его руки.
— Оль, пожалуйста, сядь в машину, — за просьбой следует тяжёлый вдох, и я внимательнее приглядываюсь к Мише. Уставший вид, круги под глазами и небрежно торчащие волосы делали его старше лет на пять. Желание что-то доказывать отпало, я молча иду к пассажирской двери и забираюсь в салон.
