– Все в порядке, Лэйра? – спросил меня мужчина, за которого я зацепилась. Я знала его, он работал в столярной мастерской. – Ты побелела, как меловые скалы. Все нормально?
Я восстановила равновесие, кивнула и подняла голову, чтобы не упустить ничего из того, что скажет посланник, хотя охотнее всего я сейчас зажала бы уши.
Это ведь не может быть правдой, да? Мой отец держит в плену дэма, которого по ошибке принимает за Повелителя. Вот что, наверное, случилось. Он никогда не смог бы одолеть Аларика!
– И он думает, что мы этому поверим? – рявкнул кузнец.
Жена мужчины вцепилась в его руку. Ей стало жутко от одной мысли об этом.
– Если представить, что это правда – он будет мстить. Повелитель дэмов будет мстить за каждое оскорбление! И кого он встретит, когда пришлет своих тварей? Высокородных, спрятавшихся в замке, защитит их гвардия. А кто защитит нас?
Лошадь посланника переминалась с ноги на ногу, словно пританцовывая.
– Приходите в замок, если не верите, что ваш князь одержал победу! То, что когда-то было Повелителем дэмов, выставлено напоказ, чтобы все люди Немии могли увидеть своими глазами, что их князь сильнее древнего проклятья!
«То, что когда-то было Повелителем дэмов…»
Ужас оттого, что эти слова могут означать его гибель, словно ударил в лицо. Мне пришлось зажать рот обеими руками, чтобы сдержать крик.
– Он всего лишь пленник. Закованный в цепи, которые лишают его силы. Придите в замок, люди, и узрите сами!
Когда я это услышала, у меня подогнулись колени. Похоже, Аларик был жив. Слава горам, хотя бы это. Я попыталась спуститься с камня, но это удалось мне только с помощью окружающих.
– Меня это тоже тревожит, – сказала мне какая-то женщина. – Это сильно разозлит дэмов. Эта война еще не окончена. Она только началась.
Протолкнувшись мимо нее, я заставила себя двигаться, шаг за шагом. Торопливо, но не переходя на бег. Я должна увидеть своими глазами, что стало с тем, кого я любила.
И я увидела. Неделю за неделей я наблюдала за его муками. Пока наконец не поняла, что он не сможет освободиться сам.
Это я должна его освободить.
<p>Глава 2</p>КАЛЕЙЯПомост, на котором отец должен будет превратиться в огонь, как это подобает князю Кеппоха, был готов уже с прошлой ночи. Его кончина оставалась вопросом нескольких дней, и Калейя с тревогой и страхом ожидала наследства, которое ей предстояло принять.
Она стояла на верхней ступеньке широкой парадной лестницы, ведущей во двор, где в праздники собирались люди. Больше двадцати двух лет назад здесь ее показали народу – голую, перемазанную кровью, вопящую во все горло – в левой руке отца. Тогда все взгляды были обращены на младенца в его правой руке. На сына, который даже не закричал, когда его предъявили народу, а лишь позорно молчал, словно щенок, которого милосерднее будет сразу же сунуть под воду.
Скоро она снова будет стоять с отцом здесь, наверху, у нее в ушах будут звучать радостные вопли толпы, на ее лице будут выжжены традиционные символы – последний и высочайший из почетных знаков. Отец покинет этот мир и превратится в пламя.
А она станет княгиней. Первой княгиней своей родины.
