Десять лет Эштон Берк скитался по свету с единственной целью — забыть девушку, некогда разбившую ему сердце.Но однажды на Востоке похитили невесту его брата и заточили в гарем, отважный искатель приключений Эштон бросился на ее спасение. Каково же было его изумление, когда он узнал в спасенной девушке Кларинду Кардью, гордую красавицу, которую мечтал забыть!Кларинда и Берк оказались в опасности, ежеминутно рискуют жизнью. И пламя страстной любви, казалось бы, навеки угасшей, разгорается с новой силой…
— Ой, Кларинда! Ты уже видела последний номер «Сплетницы»? Я купила его на набережной перед отплытием, а там напечатана интереснейшая статья о капитане Эштоне Берке!
Кларинда Кардью почувствовала, как ее пальцы непроизвольно вцепились в кожаный переплет книги, которую она читала. Несмотря на теплый морской бриз, ласкавший щеки, она ощутила, как застыло лицо под маской полного равнодушия. Так бывало всегда, когда упоминалось это имя. Ей не требовалось глядеться в зеркало, чтобы узнать, насколько эффективна эта маска. В ее распоряжении было целых девять лет, чтобы довести ее до совершенства.
— Вот как? — пробормотала Кларинда, не отрывая глаз от страницы. Поппи была слишком поглощена предметом обсуждения, поэтому явно не заметила нежелание Кларинды продолжать разговор. Поправив очки в проволочной оправе, съехавшие на самый кончик носа, она, наклонившись вперед в палубном шезлонге, продолжала:
— Если верить статье, он бегло говорит более чем на пятнадцати языках, включая французский, итальянский, латынь, арабский, а также санскрит, и провел большую часть последнего десятилетия, путешествуя из одного угла земного шара в другой.
— Строго говоря, — сдержанно заметила Кларинда, — шары не имеют углов. Они круглые.
Ничуть не смутившись, Поппи продолжала:
— После того как полк под его командованием обеспечил головокружительную победу армии Ост-Индской компании в бирманской войне, король присвоил ему рыцарское звание. Из-за его стиля ведения рукопашного боя подопечные прозвали Берка Сэром Дикарем.
Кларинда перелистнула страницу книги и уставилась на нее, не понимая ни слова, как будто она была написана на санскрите или каком-нибудь другом древнем языке.
— Еще здесь пишут, что он, находясь в Индии, спас прекрасную индийскую принцессу от бандитов, похитивших ее из дворца. А когда ее отец в дополнение к вознаграждению в виде целого состояния в золоте и драгоценностях предложил ему свою дочь в жены, Берк ответил, что удовольствуется одним поцелуем.
— Должно быть, ее отец большой мастер целоваться, — сказала Кларинда и подняла книгу, спрятав за ней лицо.
Поппи, оторвавшись от «Сплетницы», возмущенно взглянула на Кларинду.
— Речь идет не о поцелуе отца, глупенькая, а о поцелуе принцессы! В статье уверяют, будто романтические победы капитана Берка почти так же легендарны, как и его военные подвиги. Здесь говорится, что после того, как он вышел в отставку, Африканская ассоциация наняла его для проведения экспедиции в самую глубь континента. Его контракт с Ассоциацией закончился три года тому назад, и он вернулся из Африки с собранным там богатейшим материалом об обычаях, связанных с удовлетворением плоти, распространенных среди первобытных племен. Даже самые искушенные ученые были шокированы обнаруженными подробностями. Некоторые из них даже осмелились предполагать, что он лично принимал участие в этих ритуалах!
Кларинда поморщилась, потому что возбужденный голос Поппи грозил повредить ее барабанные перепонки. Образ мужчины, заключающего в объятия чернокожую красотку среди языков пламени, пляшущих вокруг под дробь барабанов, вызывал у нее пульсацию в висках. У Кларинды мелькнула мысль швырнуть за борт проклятую газетенку. Или, может быть, выбросить за борт Поппи.
Обычно Пенелопа Монморанси, известная под именем Поппи как Кларинде, так и другим бывшим семинаристкам, обучавшимся в заведении мисс Беделии Трокмортон, была очень милым существом. И пусть она слишком любила светские сплетни и шоколадное печенье к чаю и имела обыкновение говорить так, как будто после каждого произнесенного ею слова подразумевался восклицательный знак, Поппи была доброжелательной и верной подругой, и ей была совершенно несвойственна привычка поступать назло.
Обычно она довольствовалась тем, что зачитывала подруге какие-нибудь потрясающие новости со священных страниц «Обжоры дамской моды». И все же Поппи была уверена, что птичьи перья и даже чучела птиц, а также муляжи плодов и ягод, которыми парижанки украшали поля своих шляпок этим летом, не представляли для Кларинды ни малейшего интереса по сравнению с легендарными приключениями — романтическими и прочими — неотразимого капитана сэра Эшли Берка.
Мягкое покачивание корабельной палубы под их креслами перестало успокаивать нервы.
Хотя Кларинда никогда не была подвержена приступам морской болезни, она почувствовала тошноту. Надеясь побороть неприятное ощущение, она отложила книгу и, поднявшись с шезлонга, направилась на нос судна. Вокруг, куда ни кинь взгляд, простиралось только море и небо, однако даже здесь ее преследовал голос Поппи, упорно продолжавшей читать вслух заинтересовавшую ее статью.
