Легкая улыбка, наш тихий смех, и я, не дожидаясь реакции Демьяна, моментально сокращаю жалкие миллиметры расстояния между нашими губами. Целую. Сама. Порывисто и стремительно, первая подаюсь вперед, невинно и почти невесомо прикасаясь губами к мужским губам, услышав напоследок его тяжелый вздох и ощутив, как руки со стены переместились на мое тело. Одна обвила за талию, со всей силы прижимая к каменной фигуре мужчины, а вторая ладонь обхватила за затылок, путаясь в моих волосах.
По коже пробежали микрофейерверки.
В небольшой квартирке будто выкачали весь воздух, а под потолком летали электрические разряды тока. Каждая секунда этого поцелуя была сладкой вечностью. Я боялась даже пошевелиться, чтобы не спугнуть момент! Дышать не могла, стоять не могла. Таяла.
Движения в унисон. Одно на двоих затягивающее безумие. Губы к губам, дыхание смешалось, чувства обострились тысячекратно.
Одна моя ладонь пробралась к волосам Демьяна, запуская пальчики в густую темную шевелюру, а вторая обхватила его за шею. Сжала. Судорожно и с наслаждением.
Хотелось быть еще ближе!
Хотелось больше, смелее и горячее...
Я тонула. В ощущениях, в прикосновениях, в объятиях этого невероятного заносчивого, но так глубоко проникшего в мое сердце мужчины. Нет, он не ледышка. Со всеми – да. Но не со мной. Не с Никой. Не с нами!
Сердце замирало и начинало биться вновь. Сильнее и быстрее. С каждым разом ставя новый рекорд по количеству ударов в минуту.
В данный момент я даже думать не хотела, почему Нагорный здесь, почему целует меня так, будто у этого вечера, у этого сиюминутного помутнения есть продолжение. Я вообще отключила мозг и пропадала! Забыв про все и про всех. Осталось только мое желание, только мои чувства и только его удивительно чуткие и умелые губы, которые действовали решительно, как тогда – в вечер похода в кино. С той только разницей, что тогда я воспринимала поцелуй, как грубое вторжение в мое личное пространство, а сейчас я была совсем не прочь это личное пространство уничтожить окончательно.
Только теперь я в полной мере понимала, что такое поцелуй, когда крышу сносит. Когда внутри все сладко ноет, и нервы будто струны, на которых опытный мужчина умело играет своими решительными движениям, разгоняя жгучую лаву по венам. Теперь я знаю, каково это, когда кожу щекочет от волнения. Когда все естество тянется к нему, и все тело моментально отзывается на каждое, даже мимолетное касание его рук и губ.
В моей жизни были всего одни отношения. Но я не испытывала с первым молодым человеком и сотой доли того, что творилось внутри меня сейчас. Я вообще не понимала, что люди находят в близости и поцелуях.
До этой ночи. До этой встречи и до этого момента.
Мне казалось, будто я сейчас взорвусь от нежности. Растаю, как кубик льда на солнце, в объятиях Демьяна. И ощущение это усилилось, когда он подхватил меня на руки. Легко, будто пушинку. Заставляя обвить ногами его бедра, ощутить силу его желания и тихонько застонать от болезненного спазма в низу живота.
Не разрывая поцелуя, Демьян потащил меня прямо по коридору. Снося к чертям висящие на стенах фоторамки и шелестя попадающейся на нашем пути одеждой.
– Тише, – хохотала я тихонько, – ребенка разбудим, – чувствуя себя в этот момент нашкодившим сорванцом. А губы Нагорного уже спустились на мой подбородок. Он так же тихо смеялся в ответ, своим низким шепотом, и с каждым звуком внутри все замирало от вибраций его рокочущего голоса.
Практически на ощупь мы добрели, спотыкаясь и путаясь в конечностях до гостиной. И чуть туда не завернули. Дверь была прикрыта, и я, собирая остатки разума, нетерпеливо буркнула:
– Ника. Там Ника. Туда нельзя!
Нам пришлось ввалиться в следующую дверь. Это была кухня. А уже в следующее мгновение меня усадили пятой точкой на кухонный гарнитур, а губы Демьяна начали прокладывать дорожку из поцелуев к шее. Ниже и ниже. Щекоча, распаляя, заводя внутри самые сладкие и порочные желания.
Руки его задрали край моей футболки, вызывая дрожь от касания кожи к коже.
Я уперлась затылком в стену, предоставляя мужчине больше простора для поцелуев. Судорожно сжала пальцы в его волосах и тихонько застонала, когда его зубы осторожно прикусили ключицу, а губы тут же поцеловали место укуса. Руки мужчины пробрались к моей груди, слегка сжимая, заставляя вскрикнуть и тут же прикусить губу.
Что мы творим?!
У нас за стеной ребенок и…
Новое движение ловких пальцев, касание подушечек соска и…
Что я там говорила?
Спина выгнулась, поддавшись на ласку.
Сладко. Невероятно!
Я потянула ладони, дрожащими пальцами расстегивая пуговицы на мужской рубашке. Снова поймала губами губы Демьяна. Хотела раствориться, пропасть в ощущениях, но тут вселенная решила нас привести в чувство. И мы услышали моментально отрезвляющее:
– Фиса, – приглушенный шепот детского голосочка.
Ника.
Позорище-то какое! Я подскочила, как ужаленная, вскакивая с гарнитура, и выглянула из-за плеча Нагорного. Он, в свою очередь, обернулся. Ребенка тут не было.
Мы переглянулись.
Глюк? Коллективный?
Но нет, снова послышалось:
– Фис…