И так до тех пор, пока бутылка не опустела, а мои мысли немного не прояснились. Но как только стало немного лучше, в голове вспыхнула острая мысль – где-то рядом может быть виновник!
В мгновение ока я снова вскочил на ноги. Удержался за подоспевшего кота, чтобы не грохнуться, и принюхался.
Где ты, тварь?
Зверь внутри тоже оскалился. Сейчас мы тебя найдём и разорвём на куски…
Я начал оглядываться по сторонам, надеясь увидеть хотя бы зацепку.
– Адан, что ты ищешь? – Эррин опять говорила спокойно, словно пытаясь успокоить и меня.
Видимо чувствовала моё состояние и не хотела усугублять. Но вряд ли меня сейчас можно угомонить просто словами. Потому что я жаждал крови за те жуткие мгновения, что пережил вот только. Там, в заполненном дымом доме. И тот ублюдок, который заставил меня это чувствовать, который подверг опасности жизнь моей семьи, который напугал и Эррин, ответит за это…
Из горла вырвался глухой раскатистый рык, и я снова перешёл в полутрансформацию, от которой отказался до этого, пока держал детей. Вдруг поцарапал бы или испугал. Зато теперь…
– Может, у него ещё какие-то дети в доме спрятаны, – Нир натянуто пошутил, больше пытаясь отвлечь нашу пару конечно, чем на самом деле веселясь. – Успокойся, волк. Всё в порядке уже…
И хотя обращался ко мне тоже нарочито-спокойно, сам уже хмурился и подбирался весь. Очевидно, чтобы опять перехватить меня, если меня куда-то понесёт. Ты глянь, спаситель прям.
Я бы может и оценил его заботу, но не сейчас. Потом когда-нибудь скажу спасибо, что за мной пошёл. Не ради меня, конечно, ради Рины своей, но всё равно. Пошёл же. И пытался вытащить. Наверное, она считает его героем, не то, что меня, который и сына не нашёл, и полез туда зря… Снова я лоханулся.
Только пока меня интересовало другое.
Быстро я вновь приблизился к дому, обходя его по дуге и принюхиваясь. Обоняние восстановилось не до конца, но уже становилось легче. И чужой запах я всё же почуял, хоть и слабо.
Краем уха услышал, как кот приказывает Эррин остаться с детьми, а сам опять следует за мной по пятам. Не жалко. Тут пусть ходит…
Увидев бессознательное тело поджигателя (нетрудно было догадаться, что это он, ведь рядом валялась зажигалка), одним лишь прыжком настиг его и встряхнул. Волк застонал и приоткрыл глаза.
Серый! Охренеть просто! Это серый!
Неужели альфа серых перестал быть авторитетом для своих? Или сам послал его?!
Мои глаза налились кровью. Её же я хотел видеть на этом полоумном идиоте, который сунулся к моей семье. Сейчас я заставлю его выложить всё!
– Только не торо… – начал было ирбис сзади, но серый его опередил, нагло усмехнувшись мне в лицо:
– Что, сгорела ваша сука с отродьем или повезло?
Что было дальше, я помнил смутно. Стоило услышать, как он назвал моих детей и мою пару, у меня опустилось забрало ярости. Я уже даже не видел его толком, как не чувствовал и того, как кот в который раз за последние несколько минут старается оттащить меня прочь. Я был занят.
Я убивал.
Месил кулаками, когтями его лицо, шею, грудную клетку, окатывая себя брызгами крови. Где-то на периферии сознания звучал голос кота, что пытался убедить меня остановиться. Приказывать он мне теперь не мог. А я не мог прекратить.
Моя одежда пропиталась насквозь красным. Руки сводило от быстрых и резких движений, которые я только ускорял. Если не информацию, то душу из него вытрясу!
Ничтожество! Мразь последняя!
Если что не нравилось, пришёл бы ко мне, урод! А он напал на самку с детёнышами! Отморозок! Не стал сражаться открыто. Побоялся тех, кто сильнее. А её, нашу самочку, хотел сжечь! Вместе с нашими крошками! Да дочь ещё даже в первый оборот не вошла! А он…
Время смазывалось.
Крови становилось всё больше.
А меня не отпускало.
– Адан, – нежные руки легли на плечи, не пытаясь оторвать меня от месива, что осталось от поджигателя, а будто обнимая.
Грудь прижалась к моей спине. А её дыхание защекотало волосы на затылке…
Я порывисто обернулся и встретился с её ждущим взглядом. Вдохнул её несравненный аромат. Тут же её ладонь удобно устроилась на моей перепачканной алым щеке.
– Ааадааан, – протянула, поглаживая.
В глубине её светящихся розовым глаз я видел налёт недовольства. Наверное, зря я его убил… Но сейчас она не отчитывала меня. Пыталась соблазнить…
Звериные инстинкты и так были на максимуме. Кровь, жестокость, страсть – всё одно. И я впился в её губы своими, сразу проталкивая в горячий сладкий рот язык. Сжал её хрупкую шею, невольно раня, одной рукой, а второй прижал к себе за талию, слезая с серого и пытаясь устроить её на себе.
В висках пульсировало – МОЁ. Она МОЯ. Я ЕЁ защищал. И сейчас мне положена награда!
– Тшшш, – Эррин чуть отстранилась, но не оттолкнула.
Лишь слизала капельку своей крови с нижней губы, ведь я поранил её клыками. Член сразу же отреагировал на этот жест полной боевой готовностью. Как же я хочу её рот…
– Возвращайся…
И снова этот голос. Тихий. Спокойный. Уверенный. И… совершенно ласковый… Меня будто в махровое одеяло укутали. Приятно…
Я выдохнул. Потом ещё.
