Ну а я теперь повнимательнее буду присматриваться к котятам в прайде. Хотя Эрнард и держал всех в ежовых рукавицах, но лишний раз и мне не помешает приглядеть. Как-никак среди молодняка растёт пара моей дочери.
И мы с Риной хранили эту тайну, чтобы сохранять мир и покой в нашей большой семье. Странной для других. Но такой правильной и любимой для нас. И как и обещал ей раньше, я поддерживал её во всём. Был рядом, несмотря ни на что. И принимал её любую, оставаясь для неё опорой даже тогда, когда любой другой оборотень заставил бы отступиться.
То, что она приняла волка не только ради детей, а я лишь поддержал, оставался рядом и помогал ей найти точку опоры вместо того, чтобы расшатать ещё больше – было для меня исполнением того самого обещания.
Без внутренних мучений или сомнений, без драмы и уязвлённого самолюбия. Ведь важнее собственного блага для меня было благо её. И даже не так. Я просто не мог бы быть счастлив, не будь счастливой она. Поэтому что бы ни случилось – мы всегда будем справляться вместе.
И только наши чувства и наше мнение имеет для нас значение. Ну и волка, разумеется, ведь он тоже всегда рядом. И конечно наших детей – таких разных, но таких любимых и родных, не зависимо от их вида.
Рина стояла возле волка, чуть впереди, ненавязчиво обнимая его за руку и будто случайно слегка удерживая этим. Не видя подвоха, он приобнял её другой рукой за талию, и гордо встречал гостей. Точнее гостя.
Наша дочь сегодня пришла не одна. Сын с другом прятались за косяком входной двери, с любопытством наблюдая за тем, что будет дальше. Секрет сестры он уже знал. И тоже не говорил другому своему отцу, чтобы тот не заработал раньше времени седых волос.
С любопытством волк осматривал светловолосого и голубоглазого мальчишку из прайда, пока не понимая того, что ему сейчас предстоит узнать. Я на всякий случай встал поближе к детям. Нет, убивать его он не стал бы. Наверное…
Но как говорится, лучше соломки заранее подстелить.
– Папочка, – лучезарно и хитро улыбнулась дочка и взяла мальчишку за руку.
Глаза волка потемнели. И он нахмурился.
То, что в нашем доме иногда появлялись ребята из прайда и из стаи (очень уж наши дети были общительные), он привык. Но вот что дочь при нём касается кого-то из мальчишек вот так – было новым. И явно не пришлось ему по душе.
Моя любимая девочка кинула на меня немного взволнованный взгляд, но получив поддерживающую улыбку, приподняла подбородок, улыбаясь ещё больше.
– Это вот… – взглянула на парнишку, а тот вдруг выступил вперёд, не отпуская её руки.
– Альфа, – немного склонил голову, выказывая уважение, и тут же посмотрел волку прямо в глаза. – Я – пара Вашей дочери.
Ну молодец, а. Сам решил сказать. Видел, что ей сложновато, хоть она и не из робкого десятка, и не стал мучить. Я его прям зауважал ещё больше. Уж сколько моя крошка нервов ему потрепала, а всё равно стоит за неё. Совсем немного старше наших детей, и уже такой сознательный. Весь в отца… Это волк ещё не знает, кто его отец. А то уже вопил бы… Уж больно ему не нравится чувство юмора кое-кого…
– КТО ты?! – волк тоже шагнул навстречу, вынудив Рину повиснуть на нём сильнее, но парнишка не дрогнул.
Только нос задрал сильнее.
– Пара Вашей дочери, альфа, – повторил спокойно.
Ты посмотри на него! Вот такого истинного я бы и хотел для неё. Если уж он разъярённого волка не боится, альфу(!), то явно и от остальных сможет её защитить.
– Да ты… – волк побагровел. – Щенок! Какая пара?! Ты… Вообще что ли?!
– Это не ошибка, альфа. Мы решили Вам официально сообщить. Столько лет уж скрывали, пора наверно, – пожал плечами.
Упс. Мальчишка только что сдал нас всех. Волк никогда не поверит, что дочка не поделилась ни с кем. Ну что ж… Подерёмся значит. Заодно пар спустит.
Волк упёрся взбешённым взглядом в Рину. А она ласково ему улыбнулась, прижимаясь сильнее.
– Ааадааан, – проворковала. – Ну что ты так разнервничался? Ребята давно дружат, ничего плохого там нет. Это же отлично, что у нашей малышки есть пара…
«Малышка» поморщилась и недовольно засопела. Она-то с пяти лет твердит, что уже большая. А вот её истинный, несмотря на тоже юный возраст, продолжал смело смотреть прямо на разгневанного отца избранницы.
– Я даю слово, что не обижу Вашу дочь. И всегда буду рядом. С ней ничего не случится со мной. Я несу за неё ответственность.
– Несёт он, ты погляди! Котёнок совсем! Ответственность ещё! Откуда слов таких понабрался только! – продолжал кипятиться волк, всё порываясь подойти ближе. А ещё очень пристально его разглядывал. Кажется, начинал если не узнавать, то догадываться…
– Даю слово, альфа.
Ты глянь, какой сообразительный. Такое обращение на волка действует как мёд на душу. Когда Рина его называет так же, он прям млеет. И малец не прогадал.
Тут кажется волк сообразил наконец, что ответа надо требовать не с детей.
– Вы знали? – прищурился, глядя на меня.
