Мой ирбис вполне мирно принимал волка. Даже в зверином обличье мы вполне ладили. Да и нужно же было показывать пример детям. Сначала я переживал, как будут взаимодействовать их вторые сущности. Всё же на генетическом уровне мы всегда были соперниками. Однако, как оказалось, в этом не было смысла.
Когда дочь впервые обратилась на моих руках, явив свету прекрасную, крошечную белую волчицу, мы все затаили дыхание, ожидая реакции котёнка. Но то лишь радостно потянулся к ней, облизывая розовый нос. Вот разом и выдохнули.
Волк даже не стал по этому поводу беситься. Сказал, что ничего, ведь ему достался первый оборот сына. Поэтому хорошо, что дочка у меня обратилась. Так честно. Надо же, какой стал сознательный. Забавно было за ним наблюдать.
У нас такие разные взгляды на жизнь, на отношения, а вот в воспитании детей – наоборот. Мы оба готовы были по первому требованию бежать доставать Луну с Неба. Если бы Рина нас не тормозила, то ничего хорошего из этого не вышло бы. Но даже понимая это головой, я часто не мог отказать своим крошкам. Потому что никогда прежде не испытывал таких сильных чувств. Просто взрыв какой-то произошёл, как увидел их впервые. И с каждым днём это чувство внутри только росло. С каждым новым шажком, с каждым новым словом. А уж когда меня впервые назвали папой, я едва удержал слёзы. Волк тоже едва не плакал, когда его так назвали. И в этом мы с ним были очень похожи.
Я же теперь больше не тот брошенный всеми, кто должен защищать, и погрязший в чужой жестокости мальчик. Я не подопытный с номером вместо имени. Без прошлого и без будущего. И я не ненужный Рине щит для брата.
Я – её пара. Её муж. Любимый. По-настоящему. Я сильный мужчина, готовый биться за свою семью с кем угодно и в любой ипостаси. Я – отец. И папочка, как любит подлизываться дочка. И это даёт мне такую уверенность и силу, с которой не сравнится ни сила альфы стаи чёрных волков, полученная мною по ошибке, ни другая сила подчинения, что передавала мне Рина, чтобы напитать моего зверя и провести свой очередной эксперимент. Это было гораздо больше. И порой мне казалось, что в целом мире нет мне равных.
И всё благодаря моему личному чуду – Рине.
Эта женщина смогла ради меня перешагнуть через свои страхи, силой заставила себя раскрыться для меня, и принять место за моей спиной. Хотя могла бы вести за собой и прайд, и стаю, не говоря уже о тех подопытных, которых лечила сывороткой из своей крови – они приняли бы её сторону, не задумываясь. С тех пор, как мы были втроём, её дар становился сильнее.
Теперь она могла свети с ума одним взглядом. А потом добить своей силой. Только не делала этого. И не сделает кроме как защищая свою или чью-то жизнь. И то, что она решилась на всё это, что пыталась изменить свой характер, казалось мне подвигом. А осознание, что этот подвиг она совершила ради меня – того, кого столько лет вовсе не видела и не принимала потом, дарило мне крылья.
Её львица, кошечка и волчица – все тоже были счастливы. Я чувствовал это через метку. Настроение каждой из них. И принимал – каждую.
Удивительно, что такие разные по характеру, они уживались вполне мирно в ней одной. И все эти противоречия, мне казалось, сочетаются в ней вполне гармонично, делая её необыкновенной. Чудом. Сокровищем. Которое досталось нам с волком.
Наша дочь унаследовала от неё только дар, а также возможность быть парой любому виду. Я очень надеялся, что это принесёт ей только радости, а не проблемы. Мы с волком проследим за каждым, кто окажется с ней рядом. И наш сын тоже не останется в стороне, он уже растёт настоящим мужчиной – сильным, спокойным, уверенным.
После первого оборота в волчицу малышка продемонстрировала нам и свою кошечку, которую котёнок сына встретил очередным облизыванием. И мой ирбис был вне себя от радости и гордости – видеть обоих детей в своём обличье. Волк повздыхал, конечно, для приличия, но не возмущался тоже. Ему она была родной по крови. А то, что вторая (то есть уже третья помимо человеческой) сущность – моя, его не задевало. Но думаю, это потому, что он пока не понял истинной причины.
Я догадался почти сразу, и Рина мне подтвердила шёпотом. Наша дочь ощущала где-то рядом настоящую свою пару. И парой её станет такой же, как я. Надеюсь, волк узнает об этом когда-нибудь попозже. Потому что он даже чисто гипотетически не готов отдавать её кому-то и через тридцать лет, а тут уже – и чья-то пара.
Мне же наоборот это казалось каким-то необыкновенным везением. Ведь зная пару с детства, можно выстроить более тёплые отношения, основанные на полном взаимопонимании. Ну и мы можем проконтролировать развитие их отношений.
Понятно, что минимум до совершеннолетние ребята будут просто общаться и дружить. Но если волк только подумает, что на его дочь смеет кто-то претендовать из нас, «блохастых», боюсь, Рине придётся каждый день колоть ему успокоительное до самого момента, пока на ней не появится метка, и даже потом. Так что пусть пока остаётся в счастливом неведении и радуется тому, что его уникальная девочка имеет аж два зверя. Просто так… Ага.
