Мужчина вздохнул и задумчиво добавил:
— Вы похожи на Анаид. Она была такой же. Хрупкой внешне, но стойкой внутренне.
Я вздрогнула и гневно процедила:
— Не смейте произносить имя мамы!
— Отчего такой запрет? — нехорошо сощурился Гвинэра.
— После того, что произошло много лет назад, вы задаете подобные вопросы⁈ — прошипела я, ощущая подступающее возмущение, как гнев сменяет страх.
Меня стало потряхивать.
Я отправила себе импульс спокойствия, но… он не подействовал. Обычно так происходило при низком резерве, но сегодня магию я почти не использовала. Неужели сбой в магическом фоне?
— Вы не знаете, что случилось. Вы тогда ещё не родились. И никто не знает, — пожал широкими плечами князь. — Жаль, что Анаид ничего не рассказала вам.
— Зато вся Бирная в курсе. Весь высший свет.
— Высший свет часто даже не догадывается об истинном содержании многих событий. Он жадно поглощает то, что на поверхности, не интересуясь правдой.
В груди запекло. С пугающей стремительностью жар стал распространяться по телу. Одновременно моя ярость возрастала. И к моему ужасу становилась совершенно неконтролируемой. Бешеной. Острой. Пугающей.
Я желала мести Гвинэра. За мамины страдания. За вынужденный побег. За боль.
Перед мысленным взором встало нежное, прекрасное лицо, хрупкая, изящная фигурка в домашнем элегантном платье…
Рядом с этим исполином мама была такой маленькой и беззащитной…
А он…
В следующее мгновение я вспыхнула огнем. Словно магический факел.
Совсем как моя саламандра. И так, как никогда ранее.
— Где ваш элементаль? — напрягся Гвинэра, его глаза почернели. — Мне сообщили, что как только вы надели кольцо нашего рода, он появился.
— Не ваше дело, — ответила резко, грубо, в панике ощущая, что горю.
В прямом смысле.
И мне больно.
Я протянула перед собой подрагивающие руки. Внешне с кожей ничего не происходило.
— Глупая девчонка! Зовите саламандру! Немедленно! Вы можете пострадать!
Даже если бы Гвинэра не закричал, я все равно позвала бы саламандру. Стало страшно, как никогда до этого.
Но дух не отзывался. Не появлялся. Как недавно заявил Кэрнай, в подпространстве он мог не услышать мой зов.
— Вы не оставляете выбора, — ледяным тоном процедил мужчина. — Совсем не так я представлял наше знакомство.
Князь решительно подошел ко мне, схватил на руки и вошел в открывшийся портал.
Мужское лицо стало белее, чем его белоснежный галстук, губы сжались в тонкую злую линию. И тоже побелели.
Ему больно, вдруг поняла я.
А дальше тьма тяжело придавила меня, затягивая в горячую, жадную, обжигающую глубину.
Неясные голоса проникали в мое сознание и будили меня.
— Как девочка? — поинтересовался женский голос.
— Жар прошел. Спасибо, сестра, — сдержанно отозвался мужской.
— Почему ты один здесь сидишь? — теперь в голосе женщины явно прозвучало недоумение. — Где горничная? Где целитель?
— Прогнал.
— Досэр? Прогнал? Чтобы остаться одному? Ты, что же, сам ухаживал за девочкой?
В ответ тишина.
— Не узнаю тебя, — глухо буркнула женщина.
— Переживу.
Раздался приглушенный, сдавленный смешок.
— Не сомневаюсь.
— Все еще не могу поверить, что Анаид скрыла от меня дочь, — рвано выдохнул мужчина. Похоже, сам князь Гвинэра.
— Не от тебя. Ты знаешь.
— И от меня в том числе. Как она могла? Как посмела⁈
— Как видишь, и смогла, и посмела. Девчонка всегда мне нравилась.
Через, наверное, самую долгую минуту в моей жизни, в течение которой я вновь чуть не уснула, женщина вдруг задумчиво добавила:
— На мой взгляд, Ана все сделала правильно. Я тоже скрыла бы свою дочь от всех, зная, что ей угрожает. Если бы Анаид не погибла, скорее всего, ни ты, ни Норэт никогда не узнали бы о девочке. А она никогда не овладела бы магией саламандры. Жила бы себе спокойно в окрестностях баронства Эресби. Вне опасности. А теперь…
Некоторое время в комнате стояла тишина. Я вновь стала уплывать в сон, лениво, не сопротивляясь, — голова ощущалась, как нечто тяжелое и постороннее, когда вновь услышала:
— Ты открыл его?
Женский голос прозвучал с плохо скрытым любопытством.
— Нет, — сухо отозвался князь. — Магия крови задействована. Анаид была осторожна.
— Хм… и все-таки, брат, старшая княжна Норэт стала бы тебе превосходной женой. Жаль, что у вас не срослось.
— До сегодняшнего дня я ни о чем не сожалел, — холодно отозвался Гвинэра. — Своей жизнью был полностью удовлетворен. Но теперь…
— Теперь в ней появилась та, из-за которой ты станешь уязвим? Похоже, Норэт заранее начал плести новую паутину, в которую надеется тебя заманить. Не зря же он отдал девочке наше кольцо. При всем высшем свете Бирнаи. Зная, что в этот же вечер ты обо всем узнаешь. Кстати, как кольца нашего рода оказались у этого паука?
— Моя вина.
— Само собой. Рассказывай.
Рассказывать князь стал не сразу. Женщине пришлось настойчиво произнести.
— Досэр! По-моему, мне можно доверять. И мне обидно, что я до сих пор не в курсе, что произошло тогда в Бирнае.