— Думаю, в университете тебе больше не стоит появляться, — вкрадчивым голосом проговорила тетя. — О твоем позоре скоро станет известно, и ректор не потерпит гулящую девицу в стенах своего детища. Твое отчисление — дело времени.
— О каком позоре вы говорите, миледи? — с невозмутимым выражением лица вмешался Честон, не давая мне ответить.
— Ну как же, ваша светлость? — Леди Мейсон перевела на него взгляд. — Кимберли заманила вас в свою комнату в надежде заставить жениться на ней. Но не сомневайтесь, она поплатится за свое бесстыдное поведение…
— Хватит. Замолчите.
Голос Честона прозвучал тихо, но с такой властной интонацией, что моя тетя, которой никто и никогда не перечил, даже её супруг, резко осеклась.
— Что за нелепицу вы сейчас несете? — выделяя каждое слово, тихо проронил Ричард.
— Но… Кимберли… соблазнила вас…
— Нет. Все было совсем не так. — Честон покачал головой и мягко взглянул на меня. — Ким, милая, присядь, пожалуйста. Похоже, нас ждет долгий и непростой разговор с твоими родственниками.
Ричард отодвинул для меня один из стульев с высокими спинками, приглашая сесть. И я села, с трудом сохраняя спокойное выражение лица. Внутри меня бурлили эмоции и требовали выхода, но Ричард вдруг присел рядом и положил ладонь на мои сцепленные в замок пальцы.
Я совсем не ожидала от него подобного участия, поэтому резко напряглась. Но уже в следующее мгновение заставила себя расслабиться и подняла голову. И сразу натолкнулась на потрясенный взгляд тети Джулии. Серые глаза женщины будто увеличились в несколько раз.
Дядино же лицо чуть вытянулось и побледнело.
— Буду краток и информативен, поскольку тороплюсь в университет на встречу с ректором. Когда утром вы так бесцеремонно заявились в комнату, в которой я ночевал, я успел прочитать ваши мысли. Никто не ожидал меня увидеть и не закрылся. Поэтому я знаю, что Кимберли невиновна. Впрочем, как и я.
В первую секунду после услышанного тетю будто перекосило — то ли от злости, то ли от растерянности.
— Однако, как джентльмен, я готов жениться и дать девушке, которую по вашей вине опозорил, свое имя. И прошу ее руки. Кимберли согласна.
— Согласна⁈ Вы спятили⁈ — прошипела тетя, не владея собой. — Собрались жениться на этой… девке⁈
— Держите себя в руках, леди! А свой язык — за зубами! — рыкнул Честон, и я вздрогнула вместе с испуганными родственниками. — Вы говорите о моей невесте. О будущей герцогине Вирской!
Ричард холодно уставился на лорда Мейсона и ледяным тоном процедил:
— Угомоните супругу, сэр. Иначе это сделаю я.
На некоторое время в кабинете воцарилось тяжелое и гнетущее молчание.
— Миледи, полагаю, нет причин отказывать его светлости… — лорд Мейсон выглядел подавленным и сбитым с толку.
— Наш ответ «нет», ваша светлость, — твердым голосом отчеканила леди Джулия, прерывая мужа, а её супруг от неожиданности слегка вздрогнул.
— Дорогая! — глухо пробормотал дядя. Уже зная его много лет, я поняла, что он растерян и шокирован поведением жены.
Некоторое время Честон смотрел в серые глаза тети Джулии, и та не отводила своих; злости и решительности в них появлялось все больше и больше.
— Это неправильный ответ, миледи, — спокойным голосом возразил Честон. — Он меня не устраивает.
— Мы имеем право вам отказать, — сквозь зубы процедила женщина.
Похоже, тетя достигла самой высшей степени отчаяния, раз настолько забылась, с кем разговаривает. И я догадывалась почему.
Я была сиротой, но не нищей. Моя семья была богата. Однако, согласно нашим законам, после смерти главы семейства все имущество переходило к наследнику по мужской линии независимо от степени родства.
Женщина наследовала наравне с мужчинами лишь при наличии диплома мага. Если одаренная магией наследница ещё только собиралась учиться, то наследство «замораживалось» до получения ею диплома.
Изменения в закон о наследстве внесли не так давно — всего лет пятнадцать-двадцать назад, когда стало совершенно очевидно, что уровень магического дара у многих подданных нашего королевства становился все слабее, «барахлил» или магия совсем исчезала. Именно тогда наша королева, на которой король только женился, предложила супругу прекрасную идею — разрешить женщинам обучаться магии и, соответственно, внести изменения в некоторые законы.
Мне повезло, что вопрос об опекунстве решался долго, и временно моим опекуном считался его величество, как и у всех девиц в подобных случаях. Во время зависания вопроса с опекунством мне уже исполнилось восемнадцать, начинался учебный год в университете магии, о котором я бредила с детства. Наверное, из-за проблемы с наследством мне и удалось уговорить бабулю на университет, мы написали королю, и тот предоставил письменное разрешение…